Книга На дальних берегах, страница 124 – Тимофей Иванов

— Б₽@@' х¥@!

— Да ладно, могло быть и хуже — меланхолично заметила Астра, пряча в глубине глаз смех — На полладони левее, и тебе перебили бы хребет.

— Да кто ж спорит, моя дорога приключений вообще в очередной раз могла закончиться — пришлось мне фыркнуть — Но знай, если вдруг из меня будут извлекать крупные и острые предметы, а я не буду сквернословить, значит это не я, а какой-то хитрозадый демон в моём обличии.

С секунду все переваривали мою немудрёную шутку, а потом своды мрачного зала сотряс громкий хохот, который те должно быть не слышали ни разу за всё время своего существования. Так из людей выходит боевой мандраж и волнение, а потрепало тут нервы и мне вместе с кишками, и тем, кто остался за дверью, не зная что происходит с их боевым товарищем.

Седьмой сидел на скамье драккара и размышлял о том странном и резком повороте, который совершила его жизнь. По собственным ощущениям неделю назад он был возвращён после тренировки в свою «спальню». В реальности мир скакнул на восемь столетий вперёд. Уложить это в голове получалось с трудом, хотя себе он признавался, что перемены были скорее к лучшему, чем к худшему. Да, смерть товарищей и особенно сестры тяготила его, относиться к ней, как к давно прошедшему событию, по понятным причинам, не получалось. Он слишком хорошо помнил Пятую живой, помогающей ему в схватках с ослабленными демонами или бьющей не в полную силу в их спаррингах между собой. Однако внутренне он слишком хорошо смирился со смертью, как с явлением. А ещё до сих пор боялся, что всё вокруг — иллюзия, а хозяева всего лишь затеяли игру с его разумом, преподавая новый жестокий урок.

Они вообще любили учить доходчиво. Седьмой слишком хорошо помнил, что ему однажды заявили, что он должен научиться общаться с другими эльфами и неделю водили в комнату к девочке его возраста. Вимоналиэль была милым и непоседливым ребёнком с настоящей копной бирюзовых волос на голове, может немного задавакой, но доброй и весёлой. За те дни он узнал от неё больше о жизни эльфов, чем за все предыдущие годы и мог с гордостью называть её другом. Дети вообще довольно быстро привязываются к сверстникам, на это и был расчёт. Спустя неделю ему приказали убить Вимоналиэль. Он отказался, проявив строптивость. Тогда девочку на его глазах скормили голодной демонице, которая забила её кнутом до смерти, прежде чем приступить к трапезе. Когда отродье Инферно ослабло, Седьмому позволили отомстить за подругу. Новые уроки. Приказы нужно всегда выполнять, иное лишь увеличивает страдания. Все демоны враги, что не испытывают жалости к еде. Хозяева утверждали, будто сожалеют, что им приходится подобным образом закреплять свои уроки, чтобы он запомнил их навсегда. Седьмой им не верил.

И опасался, что сейчас закончится новый урок, мастер-менталист развеет иллюзию и его накажут. За то что недостаточно хорошо защищал свой разум, недостаточно усердно стремился вернуться в реальный мир, оказался недостаточно подозрителен, чтобы распознать обман. За то что доверился грязным дикарям и решил покинуть с ними хозяев, за то что не попытался убить незваных гостей в своём доме. За то что поверил, будто в его душу заглянул настоящий бог, взвесил зло в ней и признал его лёгким. За то что не сопротивлялся трижды проклятому небожителю!