Книга Ночная охота, страница 140 – Александра Кристо

— Как думаешь, что скоро здесь произойдет? – спросил Скотади.

— Я представляю, что прикончу вас так же, как я расправилась с вампирами и банши, – ответила я. – Я сниму проклятие, верну назад всю силу и расколю надвое вашу так называемую благословенную землю.

Верховные Боги рассмеялись, снова хором.

Их руки устремились вверх, вращаясь в идеальном танце, и я снова взмыла в воздух.

Их мощь душила меня.

Зависнув рядом с темницей в виде шара, я вытянула ноги, пытаясь вырваться из магического захвата. Тщетно. Эту хватку не разорвать.

— Ты осталась одна, Атия из Нефасов. Ты жила в одиночестве; в одиночестве и умрешь.

Я сжала кулаки.

— Горите в Небытии, – прошипела я.

Быстро выставив ногу вперед, я со всей силы толкнула шар, оказавшийся рядом со мной. Он упал на каменный пол, и Верховные Боги ахнули.

Они с грохотом уронили меня, отвлекшись на шар, катавшийся внизу.

Но стекло не разбилось. Даже не треснуло и не распалось на множество частей.

Лишь крошечный осколок остался от магического шара с того момента, когда я впервые запела колыбельную матери.

Боги были в ярости.

— Глупое дитя, – завопил Скотади. – Темницу так просто не разрушить.

Он стал подбираться ко мне. Его глаза горели, напоминая огромные сферы.

— Но ты можешь, – продолжал он.

Я задрала подбородок, не собираясь проявлять трусость перед лицом чудовища.

Верховный Бог схватил мою руку и сжал ее до хруста костей.

Он бы переломил меня на две части, если бы я позволила.

Но только я не позволю.

Выхватив из кармана кинжал Сайласа, я свободной рукой стала яростно размахивать за спиной.

Скотади лишь засмеялся, выбив кинжал из моей руки.

Он пролетел по полу темницы, остановившись у знакомой пары начищенных черных ботинок.

— Рад, что мы не пропустили бойню.

Мое сердце подпрыгнуло в ответ на мягкий голос Сайласа. Это окончательно придало мне сил, чтобы вырваться из божественной хватки.

Он нашел меня.

Я вырвалась из рук Скотади, пытаясь прорвать магический заслон и спастись.

Верховный Бог отступил назад, но его грозный взгляд больше не был устремлен на меня.

Он смотрел на Сайласа и четырех Речных Богов, стоявших рядом с ним.

Смерть, Печаль, Забвение и Огонь.

Если Верховные Боги напоминали застывшие статуи, то их Речные потомки больше походили на яростных воинов, готовых к битве. Их тела со всех сторон были обвешаны стрелами и мечами.

— Эйон, – произнесла Имера. Богиня Дня говорила шепотом, но от ее голоса исходил живой свет. – Ты вернулся. Ты вновь обрел свою сущность.

Я в изумлении раскрыла рот, ведь она смотрела на Сайласа.

— Эйон?– повторила я.

Взгляд Сайласа на мгновение скользнул на меня, и на его точеном лице мелькнула неуверенность.

Он сглотнул, заметив кровь, стекавшую с моего подбородка, но ничего не сказал и не сдвинулся с места, чтобы ее стереть.

— Зачем ты вернулся? – спросила Исорропия. – И что теперь на кону, сынок?

— Весь мир, – ответил Сайлас.

Его голос так ладно встроился в их монотонную речь, что я вздрогнула.

В глазах Сайласа появилось что-то новое и жуткое, чего я прежде не замечала. Его походка потеряла твердость и выверенность того строгого Вестника, к которому я так привязалась. Я научилась ценить те краткие моменты, когда Сайлас терял привычные спокойствия и собранность. Такое настроение обыкновенно находило на него после сражений. Его волосы выглядели растрепанно, а рот казался расслабленным.