Книга Ночная охота, страница 119 – Александра Кристо

«Атия, – мысленно взывал я. – Атия, Атия, Атия».

С очередным моим рывком души завывали все громче, и с каждым разом кровь выливалась из меня с той же силой, с какой вода струилась из водопада, который Атия показала мне в ночь нашего поцелуя.

В тот момент я мечтал оказаться рядом с ней как никогда.

И почему я не поцеловал ее раньше, и после того раза, и еще много-много раз?

Мой подбородок всего на миг показался на поверхности – на долю секунды, прежде чем крики потерянных и забытых душ одержали верх и я снова ушел под воду.

Эти сущности никогда не выпустят меня из своих когтей.

Они будут вечно опутывать мое тело, заставляя тонуть бок о бок с ними.

Внезапно пара проворных рук потянула меня из воды. Нет… Три пары рук.

Подняв глаза, я увидел Атию, склонившуюся надо мной, а рядом с ней и Тристана с Силлианом. Все трое обступили меня, стряхивая потерянные души, которые пытались утянуть и их.

— Убирайтесь! – кричала Атия. – Я сыта по горло утоплениями в реках!

В конце концов им удалось выдернуть меня на поверхность и, задыхающегося, вернуть на деревянные мостки.

— О Боги, – сказал Силлиан.

Порезы на его щеке легли ярко-красными бороздами, обнажая старые раны, нанесенные вампирами. Его взгляд впился мне в живот и зиявшие там дыры.

Я попытался заговорить, но вместо этого лишь плевался смесью воды и пепла. Она стекала с моего подбородка, когда Атия уложила меня на спину и задрала рубашку, чтобы осмотреть раны.

— Эвриномос, – еле выдавил я.

— Не лучший пловец, – ответила Атия. – Ну, по крайней мере, не после того, как в его сердце вонзился Божественный кинжал.

Я бросил взгляд на воду, где на поверхности покачивалось тело чудовища, и через миг вес смерти потянул его на дно реки, где совсем недавно удерживали меня.

Те мертвые люди, которых Эвриномос прежде пожирал сам. Души, которые он с удовольствием мучил, вылавливая их по берегам реки, где раньше обитал.

— Он выживет? – спросил Силлиан.

Я подумал, что он имел в виду Эвриномоса, пока не встретился взгядом с Атией. Между ее бровями проявилась знакомая морщинка.

— Он не может умереть, – она подобрала кинжал, валявшийся на досках у ее ног. Черная кровь Эвриномоса обволокла лезвие так плотно, что перекрыла серебро. Атия положила оружие в карман, даже не обтерев его. – Если только я сама не убью его.

— Лодка! – завопил Тристан.

Мир вокруг зарябил, то проявляясь, то исчезая из виду. Огонек вдали стал увеличиваться. А вот и фонарь. И длинная рука, держащая его.

Проводник. Харон.

Его черная лодка легко проскользила мимо тонущего тела Эвриномоса, оставляя на воде почти незаметные круги, словно ничто и не нарушало покой реки.

Души стремительно расплывались при приближении лодки, подобно рыбам, опасавшимся быть пойманными в сеть.

Все вокруг казалось затуманенным и размытым.

Я моргал, силясь сфокусироваться на мире вокруг, и вытянул руку, чтобы прощупать живот. Кровотечение не останавливалось.

— Почему он не исцеляется? – спросил Тристан. – Разве он не должен был уже встать как ни в чем не бывало?

— Все в порядке, – отрезала Атия. – Он в порядке.

Но Тристан был прав.

Я должен был уже исцелиться или хотя бы почувствовать, как раны уменьшаются и затягиваются. Никто прежде не наносил мне такого ущерба, не говоря уже об этой невыносимой боли.