Книга Жуткая история. Кот, страница 103 – Ксения Горькая

Глубоко вдыхая тонкий кофейный аромат, Хёну почувствовал под руками вибрацию в груди Кая и одновременно с этим услышал его голос внутри себя. Он не произносил слов, просто мягко и спокойно напевал мелодию песни, которая играла. Так красиво и гармонично. Иногда он на секунду останавливался, чтобы сделать вдох, а затем продолжить дальше. Его нежный голос будто заполнял темноту, постепенно вытесняя все тревожные мысли. Кай переступал с ноги на ногу, немного покачиваясь в такт мелодии, то ли медленно танцуя, то ли убаюкивая, и поглаживал Хёну по волосам. Граница между ними практически стерлась, в этот момент невозможно было сказать, где кончалось сознание одного и начиналось сознание другого. Это ощущалось как…

Судьба.

Вступили инструментальные партии – тяжелые басы и ударные, и Кай обнял его крепче, не прекращая подпевать. Песня становилась интенсивнее, было слышно, что ему немного трудно сохранять дыхание при таком ритме, но он справлялся. Внезапно его губы коснулись виска Хёну, а затем он промурлыкал на самое ухо еще несколько строк.

Песня оборвалась с последним спетым им словом, а Хёну распахнул глаза. Сейчас ему было все равно, что вокруг толпа людей, он все равно не видел никого, кроме Кая. Поэтому он потянулся к нему и оставил на его губах мягкий благодарный поцелуй. Хотел отстраниться, но рука Кая легла на затылок и удержала его голову на месте. Он ответил неожиданно напористо, как будто его настроение кардинально изменилось за секунду.

Хёну почувствовал чье-то прикосновение к руке и совсем мельком – чужую энергию, яркую, как вспышку, и кисло-сладкую, но почти сразу забыл об этом, потому что в следующую секунду в него словно ударила молния, и все перевернулось вверх дном.

Внутри резко возникло нарастающее напряжение. Электрические разряды пронзали его тело, заставляя мелко дрожать от каждого соприкосновения. Сердце замерло и заколотилось как бешеное. Поцелуй стремительно становился все более глубоким, руки Кая скользнули с плеч на талию и поясницу, тесно прижимая. Источник разрядов за секунды опустился ниже и затянулся тугим узлом внизу живота, посылая по всему телу электрическую волну.

Хёну хватал ртом воздух, жаждуще глядя на Кая. Что-то во всем происходящем было жутко неправильным, но думать с каждой секундой становилось все сложнее. Пальцы цеплялись за широкие плечи, комкая шелковую ткань и царапая кожу; их тела были прижаты друг к другу, но это казалось недостаточным. На краю сознания билась мысль, что они все еще в толпе, но ему было уже плевать. Голос разума Кая оказался громче – он отстранился и потянул его за руку, посылая по всему телу будоражащие импульсы и уводя с танцпола.

Они нырнули в небольшую уборную комнату с зеркалом во всю стену и широкой мраморной панелью, в которую были вмонтированы небольшие раковины. Когда они вошли, Кай подтолкнул его к этой панели и встал сзади, упираясь руками по бокам от него. Их отражение в зеркале сводило с ума – Хёну, закусив губу, смотрел в горящие желанием глаза Кая и точно такие же – свои, видел, как руки Кая по-хозяйски легли на ремни на тонкой талии, как пальцы нетерпеливо скользнули под узкую полоску черной кожи, как Кай, глядя в глаза, вжался в него тазом, вызывая стон болезненного удовольствия, как уткнулся носом в его шею, шумно вдыхая, а после укусил, заставляя его вскрикнуть, и тут же зализал укус.