Книга Порхает мотылек в презренных небесах. Том 2, страница 91 – Моргана Маро

— Юань… – негромко выдохнул Ся Ган.

Встретившись с ним взглядом, Ян Юмэй мягко улыбнулась, чувствуя разливающееся в груди тепло. Она, хоть и видела его впервые, чувствовала, что Ся Гану можно доверять. То же она чувствовала рядом с Ян Лю. Они оба защищали ее с детства, став стеной, за которой она всегда могла спрятаться и побыть слабой. Но сейчас эта помощь была ни к чему.

Окруженная стражами императрицы И, Ян Юмэй покинула дворец. Ее съедало любопытство – что же задумала та женщина? Раз она знает, кто такой советник Юнь, то может попытаться надавить на него через «Ся Юань».

Краем глаза Ян Юмэй заметила, как к ним присоединился Дун Минь. Бросив в ее сторону задумчивый взгляд, он поравнялся с евнухом и что-то тихо сказал ему. Ян Юмэй не могла их услышать. Сейчас, когда у нее есть колокольчик и платье, а также несколько мотыльков, люди не представляют для нее особую опасность. Она сможет выстоять против стражников, но если к ним присоединятся люди из Храма, будет сложнее.

Над головой пролетел черный воробей, скрывшийся среди веток дерева. Заметив его, Ян Юмэй невольно усмехнулась. Тай Фансинь переживал за нее, раз послал Хо. Или боялся, что Ся Юань может сказать что-то не то при императрице И.

Во дворце императрицы И было холодно. Сама она сидела за столом, играя в вэйци с наставником Цю Бином, казавшимся бледнее обычного. Когда он увидел вернувшихся стражников и евнуха, в его глазах мелькнуло облегчение.

— Моя госпожа, мы привели деву Ся, – низко поклонился евнух.

— Прекрасно. Можете идти, – не глядя на них, взмахнула та рукой. Наставник Цю уже собирался подняться, но императрица И остановила его: – Цю Бин, мы еще не доиграли партию.

— Прошу простить за мою грубость, – тут же ответил он.

Положив на пересечение линий черный камушек, императрица И наконец взглянула на Ян Юмэй. Та стояла, низко опустив голову и сложив руки в приветствии, прислушиваясь к каждому шороху в зале. Помимо них троих, здесь больше никого не было: стражники стояли за дверью, а служанок не пустили внутрь. Предстоящий разговор не предназначался для лишних ушей.

— Скажи, ты понимаешь, для чего я тебя сюда позвала? – спросила императрица И.

— Я услышала, что вы обвиняете меня в краже.

— Верно, у меня кое-что пропало.

— Но разве я могу быть к этому причастна? – вскинув голову и глупо заморгав, спросила Ян Юмэй. – Я была в вашем дворце лишь раз! Прошу, объясните этой глупой Юань, в чем она виновата!

Ян Юмэй упала на колени, низко поклонившись и чуть не ударившись лбом об пол.

— Хочешь сказать, ты больше не приходила сюда? – уточнила императрица И.

— Верно, Юань уже и забыла, как сюда добираться! Вдобавок разве я могла без позволения матушки императрицы попасть во дворец? Ваши служанки узнали бы мое лицо.

— Ты права, обычно они запоминают лица, если те не скрыты под масками, – улыбнулась та, сощурив глаза. – Наставник Цю, достаньте зеркало Печали и Радости.

Услышав это, Ян Юмэй застыла. Она уже нашла его? Так быстро?

— Да.

Цю Бин достал из мешочка цянькунь медное зеркало, украшенное облаками и парящими птицами. Оно источало слабое сияние, притягивающее взгляд. Однако в нем крылась опасность – если ты демон или небожитель, скрывающий свой облик, зеркало тут же раскроет тебя.

Взяв зеркало и взглянув в него, императрица И бросила его перед Ян Юмэй.