Книга Порхает мотылек в презренных небесах. Том 2, страница 44 – Моргана Маро

— Ты тоже…

Он не договорил – его голова сорвалась с плеч и упала, а взгляд голубых глаз потух. Тело же так и осталось стоять на коленях, словно вымаливая прощение у демоницы. Некоторое время смотревшая на него Хуанъянь подняла погасшие глаза на Мин Ханя, и в ее руку скользнула золотая веточка с розовыми цветками.

Барабаны били все громче и громче с каждым стуком сердца. Голоса небожителей приближались, и откуда-то сверху появилась яркая золотая вспышка стрелы. Демоница чуть отклонилась, и та промчалась мимо, впившись в кору древа и обуглив ее. С неохотой отведя взгляд от Мин Ханя, Хуанъянь взглянула на окруживших ее небожителей с тяжелыми луками в руках. Все они нацелили свои стрелы из светлой ци в ее сторону.

Взглянув на веточку в своей руке, демоница вдруг усмехнулась и резко провела ею в сторону, вспарывая саму сущность мира.

Раздался грохот, от которого задрожали Средний и Нижний Миры. Сверху послышался треск, словно хрустел разбитый вдребезги фарфор. При поднятии головы можно было увидеть, как сквозь листву проглядывало покрытое трещинами небо.

Казалось, само время замерло перед тем, как небо разбилось. Сверху, сцепившись в смертельной схватке, начали опускаться два дракона.

Два дракона – золотой и иссиня-черный, – сцепившись друг с другом, упали на крону Цышань. Древо задрожало: ветви с хрустом ломались, отрывались и падали на землю. Горячая, прожигающая кору кровь драконов брызнула во все стороны. Стоило ей попасть на небожителей, как те моментально сгорали. Чешуйки замерцали в воздухе подобно звездам, а громогласный рев заставил даже демонов в Нижнем Мире содрогнуться от страха.

Драконы разрушали Цышань. Они разрывали древо на куски своими острыми когтями и клыками, оставляя на его коре глубокие царапины и черные ожоги. Часть листьев погасла, а само древо, казалось, скоро рухнет!

Небожители нацелили свои стрелы на драконов, но те взмахнули хвостами, не оставив лучникам ни одной целой кости.

Драконы рухнули на землю, отчего Средний Мир задрожал и пошел трещинами. Еще один удар, и воздух со звоном разбился, затягивая ящеров, людей и все, что было рядом, в пустоту. На месте, где мгновение назад упали драконы, осталась голая, словно выжженная, земля.

Мин Хань в ужасе смотрел на то, что осталось от Цышань: лишенное половины веток, обгоревшее и израненное, оно держалось из последних сил. Кровь небожителей омыла кору, подобно дождю, а из глубоких трещин сочилась золотая смола.

Взглядом найдя Хуанъянь, что обезглавила подошедшего слишком близко небожителя, Мин Хань сжал в руке медальон Юнь Ина. Покрытая кровью, с безумным взглядом, демоница убивала каждого, кто вставал на ее пути.

— Хуанъянь!

Услышав его голос, демоница подняла глаза, и ее лицо исказила кривая улыбка, являвшая острые зубы. Словно воплощение самой смерти в алых одеждах, она бросилась на Мин Ханя. Каждый ее удар был сильным, готовым лишить его головы, оторвать руку или вырвать сердце. Мин Хань не сомневался: не истощи демоницу другие боги и светлая ци, она убила бы его сразу.

— Ублюдок! – зашипела Хуанъянь. – Сволочь! Я доверяла тебе!

Мин Хань молчал, стиснув челюсти. Меч парил в его руке, отражая яростные атаки демоницы. Она была уже не так сильна, как в самом начале, но ею двигала ярость.