Книга Порхает мотылек в презренных небесах. Том 2, страница 23 – Моргана Маро

– Что замыслила глава Юнь?

– Достопочтенный Шань, не мог бы ты взять меня за руку?

Помедлив, он послушно сжал ее пальцы, и Юнь Цы поднялась на перила. Ветер подхватил ее голубые одежды и рукава, напоминающие широкие крылья бабочки, начав трепать их. Казалось, еще мгновение, и Юнь Цы взлетит, подобно птице, но вместо этого она шагнула вперед.

– Юнь Цы! – воскликнул от неожиданности Шань Ло, разжав пальцы.

Не медля, он перепрыгнул через ограждение и устремился за Старейшиной. Его верхний халат взметнулся за спиной, развернувшись черными крыльями. Увидев их, Юнь Цы не сдержала улыбки – раз Шань Ло может преображать предметы по своему желанию, то уже смог восстановить часть своих сил. Всего год прошел с их расставания, Достопочтенный Шань действительно удивительный дух.

Протянув руки, Шань Ло подхватил Юнь Цы и замер в воздухе, нечитаемым взглядом смотря на Старейшину.

– Глава Юнь…

– Как я и думала – этот Достопочтенный Шань действительно преуспел в поисках своих костей, – перебила его Юнь Цы, – но неужели ты и правда думал, что я позволю себе разбиться?

Он с непониманием склонил голову, и Старейшина указала вниз. В чжане от них клубился густой туман, в котором скользнуло что-то темное и большое. Раздался хлопок, и оно вырвалось из тумана, расправив широкие металлические крылья и издав клекот. От неожиданности Шань Ло отпрянул: перед ним был Дао, летавший рядом и не сводивший с него своих белых глаз. Словно преданный пес, он не мог не прийти на помощь хозяйке.

– Достопочтенный Шань не против опустить меня на Дао?

– В который раз убеждаюсь, что у главы Юнь все схвачено, – вздохнул Шань Ло.

Опустив Юнь Цы на Дао, он встал рядом. Его крылья с шелестом опустились, вновь став верхним халатом.

– И куда мы летим?

– Хочу показать тебе одно место, – туманно ответила Юнь Цы. – Держись крепче.

Стоило Шань Ло схватиться за длинные перья, как Дао, сложив крылья, устремился вниз, нырнув в туман. Прижавшись к его шее, Юнь Цы закрыла глаза. Направляя тешоу, она видела все то, что видит он. В такие моменты ее тело оставалось где-то там, далеко, а разум сливался с машиной. Это единство – то, к чему так стремились все Юнь и чего могли достичь лишь единицы».

Зажмурившись, Ян Юмэй открыла глаза. Тело неприятно покалывало, а голова была столь тяжелой, словно весила тысячу цзиней^[6]. Поморщившись и убрав пелену перед глазами, она осмотрелась, заметив нависший над головой корень Цышань. В паре шагов от нее, скрестив ноги и закрыв глаза, медитировал Мин Хань. Между его бровями пролегла складка, а губы побелели. Сложно было в таком месте не дать темной ци запачкать божественное тело.

— А-Хань… – Тихий шепот сорвался с губ демоницы.

Открыв глаза, небожитель взглянул на Ян Юмэй, и складка между его бровями разгладилась. Он поспешил помочь ей удобнее сесть.

— Как ты?

— Тело неприятно ломит, – призналась она. – Человек бы не подобрался ко мне так близко, а демоны слишком боятся, чтобы нападать…

— Ты поняла, кто это был? – нахмурился Мин Хань.

— Темный дух, и, видимо, из старейших. Он что-то сделал тебе?

— Сказал, что мы встречались ранее, но я его не помню. И передал осколок ключа.

— Что? – удивилась Ян Юмэй, поймав встревоженный взгляд небожителя.