Книга Порхает мотылек в презренных небесах. Том 2, страница 102 – Моргана Маро

В воздухе образовались длинные иглы, наполненные ярким золотым светом, что со свистом опустились на Тай Фансиня. Оттолкнув от себя Ян Юмэй, он попытался уничтожить их пламенем, но те прошли сквозь него, впившись в плечи и заставив с криком опуститься на колени. Где-то вдали раздался механический крик Дао, которого, как и хозяина, пронзили иглы, прибив к красной стене.

— Может, обычные стражники и не могут тебе противостоять, но до людей из Храма тебе еще далеко, – заметил Цю Бин и обратился к Ян Юмэй: – Дева Ся, послушайте меня: ваша казнь по просьбе Дома Ся будет отложена.

Ян Юмэй не шелохнулась. Холодный ветер трепал ее платье и волосы, облизывая бледное лицо и пальцы с посиневшими ногтями. Она не сводила взгляд с Тай Фансиня, стоявшего на коленях в паре шагов от нее. Длинные тонкие иглы не давали ему пошевелиться, а белые волосы запачкала темная кровь. Но он все еще не был сломлен. Взгляд Тай Фансиня, напоминающий яростное пламя Нижнего Мира, готов был испепелить наставника Цю и всех вокруг. Сколько же в нем злости?

— Дева Ся, этот человек не причинит вам зла. Его силы запечатаны, – вновь позвал Цю Бин, протянув к ней руку. – Прошу, идемте. Господин Ся Ган ожидает вас у ворот Тайгуна.

— Иди, – раздался негромкий голос Тай Фансиня. Он все еще не смотрел на нее, но пламя в его взгляде немного утихло. – С ним ты будешь в безопасности.

— А-Хао…

— Иди! – хрипло крикнул второй принц. – Иначе не уйдешь отсюда…

Отступив, Ян Юмэй оглянулась на Цю Бина. Она все равно не сможет помочь, вдобавок силы ее мотыльков не хватит, чтобы противостоять четырем людям из Храма.

— Хорошо. Постарайся… пока не умирать.

Наконец взглянув на нее, Тай Фансинь не сдержал горькой улыбки:

— У меня еще осталась Хо. Не переживай.

Сглотнув образовавшийся в горле ком, Ян Юмэй кивнула. Пора было идти.

Хуанъянь не спеша шла к Цю Биню, чувствуя на себе взгляд людей из Храма. Их колокольчики все еще тихо звенели в воздухе, и их звон неприятно отдавался в сердце. Почему-то он напоминал ей тот, что был слышен на Небесах, когда она пошла убивать небожителей.

Краем глаза заметив золотое свечение, Ян Юмэй обернулась и подняла голову. Над ней парила длинная игла: сорвавшись с места, она пронзила ей сердце, так тихо и бесшумно, что она не успела даже испугаться. На землю брызнула кровь, в которую упало безжизненное тело Ся Юань.

— Юань! – закричал Тай Фансинь, и его голос заглушил звон колокольчиков.

— Кто отдал вам приказ?! – воскликнул Цю Бин, отбросив лук и поспешив к девушке.

— Мы подчиняемся приказам императрицы И, – сухо произнес один из мужчин Храма, складывая пальцы в печать.

— Вы что, не слышали?! Император приказал пощадить ее!

Они не ответили, а над Тай Фансинем уже закружились бесчисленные круги и иероглифы. Тот не взглянул на них – его взгляд был прикован к Ся Юань в руках наставника Цю. Ее платье на груди пропитала кровь, а слегка удивленный взгляд был устремлен в ночное небо.

Она не двигалась. И не дышала.

Что-то оборвалось внутри Тай Фансиня, и он не смог сделать вдох. Сердце заколотилось с такой силой, что готово было пробить грудь. Все стало вдруг так безразлично, так ненужно… так бессмысленно.

Он умрет здесь, стоя на коленях перед телом своей жены, не в силах даже коснуться ее. Той, кого он поклялся сделать императрицей Великой Ци.