Книга Серенада для железной гномки, страница 156 – Светлана Алимова

— Полное лишение всех рангов магистра, наставничества и год в магоподавляющих браслетах вне Обсидианового шпиля, — с удовольствием сообщил тот, — мы дадим магистру Айронфист искупить ее вину и осознать ошибки. Если, конечно, она перестанет вести себя агрессивно и клеветать на достойных магов.

— Достойных? — Оршою затрясло. Год без магии и отобранные ученики, которым ректор припомнит их бунт? — Да нет здесь достойных! Вы все лживые сволочи и сговорились против меня!

— Оршоя, успокойся, — Иштван подошел и торопливо обнял ее за плечи, — если мы сейчас уйдем в заклинатели, никакого наказания не будет.

— Обсидиановый шпиль — мой дом! Я не оставлю его на поругание ублюдку, который развалил все ради собственных шкурных интересов! — она скинула его руки и подошла к ложе архимага. — Ты знаешь, что они лгут, Корвус. Ты можешь прочесть мои или их мысли прямо сейчас, но не делаешь этого, допуская попрание кодекса Асмелы и издевательства над талантливыми магами, чтобы один лживый урод мог составить тебе красивый отчет, что в его башне все хорошо с целителями! А меж тем ее трясет и все давно уже разваливается! И все молчат, потому что ректор Пали злоупотребляет своей властью, а на смену ему придет кто-то из его продажной семейки! Ты все это знаешь и на все закрываешь глаза, просто потому что хочешь пнуть меня за несговорчивость. Если бы это касалось одной меня я бы потерпела, но я не дам уничтожить будущее моих учеников!

— Архимаг Корвус, — холодно поправил он ее.

— Я сейчас не с архимагом разговариваю, а с эльфом, который говорил, что нельзя принижать и ограничивать чужую магию! Десять лет назад ты сам стал жертвой клеветы ректора Вершины темнолесья и архимага Алдвена, — яростно сказала Оршоя, — ты видел на какую подлость способны те, кто боятся сильных и талантливых магов. И дрался насмерть, потому что иных вариантов тут нет! Как после этого ты можешь вставать на сторону такой же падали⁈ С чего решил брать пример с архимага Алдвена, Корвус Фругилиегус⁈

Он вздрогнул и оглянулся, будто впервые видя весь зал и ситуацию целиком. Маги зашептались. Лица ректоров побледнели.

— Обсидиановый шпиль — мой дом. Это — моя башня, — отчаянно повторила Оршоя, — и мои ученики. Я буду за них драться. Я верю, что архимаг вынесет справедливое решение, а не закроет глаза на творящуюся несправедливость. Но если дело в мести или пророчестве Тальена, то давай решим вопрос прямо сейчас, как два сильных мага. Сразись со мной, Корвус Фругилиегус и покончим с этим!

В зале воцарилась гробовая тишина.

— Оршоя, не надо! Хватит, к черту эту башню! — встревожился Иштван.

— Ты бросаешь мне вызов за пост архимага? — медленно уточнил Корвус, вставая из почетной ложи.

— Нет. Я бросаю вызов за своих учеников и право растоптать клевету, в которой меня хотят утопить, — жестко ответила Оршоя, — если выиграю, ты перестанешь закрывать глаза на происходящее и вынесешь справедливое решение.

— А если проиграешь? — аметистовые глаза Корвуса вспыхнули интересом.

Оршоя усмехнулась.

— Ты меня убьешь. Потому что я буду драться насмерть и живой не сдамся.

Корвус подошел к ней и сделал плавное движение рукой, возводя вокруг них защитный барьер. Вначале он был прозрачным, затем, по щелчку изящных пальцев, помутнел, а потом поглотил все звуки, отрезая их от окружающего мира. Оршоя и Корвус стояли в полутьме, друг напротив друга.