Книга Клон. Запоздавшее счастье, страница 46 – Габриэлла Лопез

Они стали проводить вместе очень много времени. Кадижа ничего не делала, безмятежно бездельничала, неторопливо обдумывая свое будущее, казавшееся ей совершенно безоблачным и замечательным. Молодость имеет право на мечты, фантазии, сногсшибательные проекты. На то она и молодость. Главное, чтобы впоследствии ее не сбили с ног эти самые когда-то столь радужные проекты.

Но пока Кадижа не задумывалась ни о чем печальном. И правильно. Зачем раньше времени себя огорчать? Если суждены горечь и разочарования, они все равно тебя не минуют. А если нет... Девушка рассчитывала как раз на подобный вариант.

Дуда усиленно учился. Он собирался стать экономистом.

— Самая востребованная профессия, — нередко повторял он. — Самая нужная. Самая полезная. И с ней легко жить и легко ориентироваться в мире. Никогда не пропадешь. Давай поступай к нам! Ты вообще чем хочешь заниматься?

Кадижа едва не выпалила: «Ничем!» Она вообще-то планировала выйти замуж и растить детей. А что тут такого странного или позорного? У них в Марокко именно так все и представляют жизнь женщин. А здесь... Здесь все иначе. И в Рио Кадижу вряд ли поймут. Тот же Дуда будет удивлен, услышав от Кадижи подобное признание.

Поэтому она вовремя удержалась от ненужных откровений и поспешных заявлений.

— Я пока думаю, — важно сказала Кадижа, сделав серьезное и сосредоточенное лицо.

— И долго ты собираешься думать? — насмешливо прищурился Дуда.

— Сколько получится! А куда спешить? — возмутилась Кадижа. — Это же не марафон!

— Как раз марафон, — холодно отозвался Дуда. — Время уходит очень быстро. Это только кажется, что его впереди беспредельно много. А потом однажды глянешь: раз — и нет его! Вот уже и старость.

— Старость? — расхохоталась Кадижа. — Что-то ты слишком перемудрил! До старости нам еще пока далеко.

— Говорю же тебе — это только кажется. Нам многое просто кажется. Иллюзии молодости! Ты слушай меня, умнее будешь!

— Да я и так вроде не дурочка! — обиделась Кадижа. — Ты чересчур много на себя берешь!.. — И она поспешила сменить тему: — Пошли вечером на дискотеку!

— Сегодня не могу, — сухо отказался Дуда. — Занимаюсь. Есть неотложные дела: я кое-что не доучил. Нужно разобраться. Пойдем в субботу.

— Ну, в субботу так в субботу, — пробурчала недовольная и расстроенная Кадижа.

Приходилось мириться с ситуацией, поскольку переломить ее Кадижа оказалась не в состоянии. Для этого ей не хватило бы ни сил, ни умения.

Без Дуды она абсолютно не знала, куда деваться, и не представляла, что делать. Он занимал все ее мысли, но когда начал встречаться с ней не каждый день, когда их свидания стали редкими и далеко не столь нежными и эмоциональными, как раньше, в самом начале, Кадижа ясно поняла, что ведет достаточно бессмысленное существование, и сообразила, что с этим надо завязывать. И вообще, Дуда — это главное, основное, чем она сейчас занималась, чему себя полностью посвятила в Рио. Но правильно ли так себя вести именно здесь? Может ли так продолжаться? Да и стоит ли продолжать гнуть свою линию поведения?

Расстроенная и взвинченная, окончательно запутавшаяся Кадижа побрела за советом к Иветти. Так получилось, что в Рио девочка стала куда чаще обращаться к ней, чем к матери. Жади была вся поглощена своим счастьем, своим родившимся заново чувством. Оно захлестнуло ее без остатка. И хотя Жади, конечно, любила дочь по-прежнему, не забывала о ней ни на минуту, но все-таки уделяла ей намного меньше внимания, чем прежде. Тогда она была целиком поглощена именно дочкой, а теперь — больше Лукасом. Роли поменялись и перераспределились. И Жади, и Кадижа четко осознали наконец, что сердце человека не столь бездонно, как кажется. И его часто не хватает для одинаковой любви к мужу и к дочери. Увы!