Книга Эдера 3, страница 105 – Мирослав Адамчик

Андреа не так-то часто удавалось попасть в богемное общество, где говорили не только о прибылях и убытках, о цене на сырье, но и об искусстве. Он с радостью согласился составить компанию Сальвадору Маньоли на этом приеме.

Уже давно Андреа Давила никуда не собирался с такой тщательностью. Он надел свой лучший костюм, лучший галстук, новую, еще ни разу не ношеную пару туфель, вызвал на дом парикмахера и теперь казался рекламным красавцем-мужчиной, сошедшим со страниц журнала.

Вилла сеньора Ланкони находилась в пригороде Рима, в живописной местности, на самом берегу реки. К ней была подведена специальная дорога, перед въездом на которую стоял знак, предупреждающий, что здесь начинаются частные владения.

Побеседовав с охранником через переговорное устройство, Андреа вернулся в машину, подождал, пока поднимется шлагбаум, и въехал на землю сеньора Ланкони. Сразу было видно, что здесь живет незаурядный джентльмен, человек, связанный с искусством. Посадки кустов, цветы, компоновка аллей — все свидетельствовало о безукоризненном вкусе хозяина.

Сальвадор Маньоли уже поджидал своего приятеля на стоянке машин.

— Теперь я вижу, — рассмеялся он, — почему ты так долго не появлялся.

Андреа немного смутился.

— Да что ты, просто я не сразу нашел дорогу.

— Нет-нет, можешь меня не обманывать, ты полдня убил на то, чтобы навести на себя глянец н должен признаться, тебе это удалось на славу. Ну, идем, я должен познакомить тебя с хозяином и его очаровательной дочерью.

В огромном зале на первом этаже виллы было множество гостей. Перезнакомиться с ними всеми не представлялось никакой возможности. Сальвадор Маньоли тут же наметанным взглядом отыскал хозяина дома и, продираясь сквозь танцующих, увлек за собой Андреа Давила.

Наконец, они остановились перед пожилым сеньором с умным, немного грустным взглядом. По лицу сеньора Ланкони можно было легко догадаться, что он неисправимый циник.

— Я хотел бы вам представить, — раскланялся Сальвадор Маньоли,— моего приятеля, которого эовут Андреа Давила.

Сеньор Ланкони немного близоруко прищурился и подал Андреа руку.

— Очень приятно познакомиться. Но что-то, как ни напрягаю память, не могу вспомнить, какой фильм вы финансировали.

Андреа рассмеялся.

— Что вы, сеньор, я человек далекий от искусства, хоть и имею диплом архитектора. Теперь я всецело отдал себя изготовлению зубной пасты.

— А, — не выпуская сигару из губ, улыбнулся сеньор Ланкони, обнажив свои желтоватые прокуренные зубы, — так вы и есть тот племянник сеньора Каламини, который принял от него дела?

И в этот момент за спиной сеньора Ланкони возникла ослепительно прекрасная девушка. Андреа Давила даже затаил дыхание, боясь спугнуть ее. Он замер, приоткрыв рот.

Сальвадор толкнул своего приятеля локтем в бок.

— Ты что?

Андреа даже не отреагировал на это.

— Отец, — негромко произнесла девушка, — мне кажется, у нас сегодня слишком шумно. Не попросить ли мне сыграть музыкантов? — и она указала своей изящной рукой на балкон, где расположился струнный квинтет.

Сеньор Ланкони перехватил восхищенный взгляд Андреа Давила и поспешил представить свою дочь.

— Это Лаура, моя единственная радость в этой жизни. — А это... — и тут старый Ланкони запнулся, забыв имя своего гостя.

Пришлось Андреа назваться самому.