Книга Родственные души в Сеуле, страница 94 – Сьюзан Ли

— Ждать до свадьбы – идея устаревшая и сомнительная, – говорит она.

— Как это?

— Известно ведь, что корейским девушкам-христианкам не позавидуешь. Они так долго примеряют на себя образ хорошей девочки, что в результате это приводит лишь к обратному: они впадают в депрессию, становятся неуверенными в себе и подозрительными. Позволяют себе читать сообщения в телефонах своих парней, взламывают их машины, устраивают истерики, симулируют беременность…

— С какими корейскими девушками-христианками ты общаешься? – Я ошарашен тем, что она мне тут наговорила.

— Джейкоб, это те самые девочки, с которыми мы в детстве по воскресеньям распевали песни в церкви. Узнай ты, что случилось с некоторыми из них, ты бы не поверил. То же самое происходит и в Лос-Анджелесе. У корейской церкви реальные проблемы.

— Кто бы мог подумать! – Я, и правда, шокирован этой новостью. – Хотя, пожалуй, понимаю, о чем ты говоришь и как это могло произойти.

— Все вполне объяснимо. Чем дольше мы живем с ощущением подавленности, тем быстрее нарастает в нас раздраженеие, возмущение и протест. И в один прекрасный момент происходит взрыв. Я не хочу быть одной из таких девушек. Не хочу попасть в статистику.

— Значит, ты собираешься заняться сексом, чтобы не попасть в статистику? И что еще хуже, ты собиралась сделать это с Нейтом Андерсоном? – Меня самого уже тошнит от своих слов. Я не решаюсь спросить ее, а как насчет меня, хотя меня так и подмывает.

— Да я просто не считаю, что секс – это так уж важно. – Она в отчаянии разводит руками. – В этом же нет ничего особенного, не так ли? Ну, может, и есть. Но обязательно ли это что-то меняет в твоей жизни? – Она пожимает плечами. – Не знаю. Я, и правда, не понимаю, почему все это так важно.

С этой стороны я Ханну совсем не знал. Но мне любопытно, я чувствую, что могу часами говорить с ней об этом.

— Тема весьма увлекательная, но если мы намерены ее развивать, может, больше не будем упоминать имя Нейта Андерсона?

— Блин, все так запуталось. Все это лето происходит какая-то эмоциональная встряска. Сначала Нейт по непонятной причине расстается со мной. Потом ты. – Она тычет в меня пальцем меня, делая страшные глаза. Я невольно отклоняюсь назад, следуя инстинкту самосохранения. – Ты внезапно появляешься после трех лет, когда я напрочь забыла о тебе, вычеркнула из своей жизни, ты для меня умер. – Она встает и в волнении ходит из угла в угол. – Нейт начинает проявляеть признаки ревности, чего и следовало ожидать. Разумеется, разве могло быть иначе? Потому что… Ты же такой красивый, мужественный, с идеальной улыбкой и… – она смотрит на меня и немного разочарованно хмыкает, – и типа сексуальный. А еще ворох воспоминаний, которые вызывают у меня улыбку. Боже, ну почему мне так радостно вспоминать наше с тобой детство? И мне хочется вернуть нашу дружбу. По правде говоря, у меня и друзей-то нет. По крайней мере, таких, каким был ты. Но, с другой стороны, ведь я же несколько лет тебя ненавидела! А потом просто перестала о тебе думать. Видишь? Вот тут-то я и запуталась. Как можно так легко изменить свое мнение, всего лишь съев буррито и взглянув на идеальную, хотя и слишком бледную грудь? – Она поднимает обе руки и проводит ими по волосам.

Я совершенно очарован. Это лучший монолог, который мне доводилось слышать. Ханна в ударе. Не могу произнести ни слова в ответ и не смею остановить ее. «Продолжай», – умоляю я про себя, следя за тем, чтобы не сказать это вслух. Ханна словно бы все поняла по моему взгляду.