Книга Предсказание, страница 38 – Villa Orient

С этими мыслями я бродила вокруг дома эмира. Солнце село за горизонт. Дом и сад были освещены фонарями, но не везде. В глубине сада никакого освещения не было. Я сама не заметила, как оказалась у гаража. Заглянув внутрь, я с удивлением обнаружила, что там никого нет. Я осторожно вошла в помещение. Машина была всего лишь одна. Я заглянула через окно. Ключа в зажигании не было. Я осмотрелась, в поисках того, что могло бы завести автомобиль, но взгляд сам собой зацепился совсем за другую деталь.

На столе лежал пистолет, спрятанный в кобуру. Я медленно подошла к столу и отстегнула клёпку, вытаскивая оружие. Ствол был холодный, а рукоять сама ложилась в ладонь. Я заворожённо смотрела на орудие смерти. В моём воспалённом мозгу роились мысли о судьбе и предназначении, которые мне последнее время так усердно вбивали в голову. Ведь не просто же так я бессмысленно бродила по окрестностям и зашла в пустой гараж, где заботливо был оставлен этот пистолет. Посреди размышлений в гараж вошли двое мужчин — водитель и механик, по одежде решила я. Они застыли в дверях, глядя на меня. Один из них нервно облизал губы, выставил руки вперёд в знак примирения и заговорил по-английски:

— Опусти пистолет, девочка. Мы тебя не тронем. Просто положи его.

Я посмотрела на мужчин, а они так и застыли в проходе, не делая попыток приблизиться. Они определённо были напуганы. Я вдруг чётко осознала, что не могу выстрелить в человека, не могу даже поднять ствол в их сторону, тем более что они ничего плохого мне не сделали. Наверняка, у них семьи, дети, жизнь, которую я не могу отобрать. Но они этого не знают.

У одного из них была с собой рация, и он что-то передал по ней на арабском. Сейчас сюда сбежится куча народа, и будет не до правильного выбора. Но я почему-то медлила. Просто стояла и не шевелилась, только мысли быстро пробегали по нейронной сети. Время остановилось для меня. Видимо, я стояла так дольше, чем думала. Пока из-за спин мужчин не вышел Хамдан.

Он двигался как всегда медленно и уверенно, наполняя всё вокруг собой и своей решительностью.

— Марина, положи пистолет, откуда взяла.

Вот теперь я видела свою цель чётко и ясно. Я подняла руку, держащую пистолет, к виску. Холодный металл коснулся кожи. Я закрыла глаза. Жизнь не пронеслась в одно мгновение, наоборот, перед глазами потемнело, а мысли стали прозрачными и просто испарились. Я нажала пальцем на крючок, но ничего не произошло, я даже щелчка не услышала.

Я открыла глаза, полные удивления и недоумения. Хамдан размеренно шагнул в мою сторону, преодолевая разделяющее нас расстояние расслабленной походкой. Он легко взял пистолет из моей ослабевшей руки. Он был спокоен.

— С предохранителя даже не сняла.

Он что-то резко сказал по-арабски, обращаясь явно не ко мне, ведь я не понимала языка. Меня он крепко схватил за руку и потащил прочь из гаража. Я могла сопротивляться, примерно, как тряпичная кукла. Он втолкнул меня в дом, и я рухнула прямо на пол в гостиной. В ушах у меня шумело, а в глазах резко потемнело. Я щекой чувствовала холодный пол. И это было последнее, что я помню в тот день. Сознание меня покинуло.

Я очнулась, не понимая, где и когда. Тело горело, голова была тяжёлой и ужасно болела, живот тянуло. Я огляделась, но не могла сфокусировать взгляд. Увидела только Фатиму, которая смотрела на меня с жалостью и сожалением, а потом снова провалилась в сон.