Книга Средневековый детектив, страница 169 – Владимир Романовский

Что такое палица против сверда, если держащий сверд умеет им владеть! Ни один из кососотенцев, встреченных конниками, не пострадал. Сопротивление было подавлено и уничтожено в считанные мгновения.

Глядя по сторонам – не шевелится ли кто поблизости, помимо кососотенцев – Ликургус заприметил ярославова коня с пустым седлом. Поискав еще глазами, он увидел князя, припавшего на одно колено. На Явана это, наверное, произвело бы впечатление. Ликургус же тронут не был совершенно. Коротко свистнув, он нехотя отдал приказ двум кососотенцам, —

— Оказать.

— Что оказать? – спросили его.

— Знаки внимания, – сказал Ликургус и засмеялся хрипло.

Двое спешились и, взяв князя подмышки, подняли его на ноги. Князь сцепил зубы и замычал носом, подавляя стон. Не церемонясь, один из оказывающих знаки внимания нагнулся и выдернул стрелу, засевшую у князя под коленом. Второй, разорвав часть портов возле раны, быстро, хорошо тренированными движениями, перевязал князю ногу.

— Ты был ранен когда-нибудь? – спросил он.

— Был, – ответил Ярослав.

— Чем?

— Свердом.

— Глубоко?

— Да.

— Выживешь.

Еще не всех мятежников добили, еще тут и там шныряли кососотенцы, орудуя свердами, а уже спешились из них два отряда по десять человек и начали забрасывать на стоящие по полю повозки трупы и полутрупы, наваливали горой, и толкали повозки к Валхалле. Она горела очень ярко, вся. Подкатывая повозки ко входу, кососотенцы с разгону заталкивали их внутрь, в пламя, а когда это стало невозможно – просто к стене, и доталкивали шестами, тут же наспех сделанными из оглобли. Треск от огня стоял неимоверный.

Тем временем двадцать человек, патрулирующих хувудваги, приканчивали бегущих по ним – в любую сторону – и оттаскивали на обочину.

* * *

Житник, следовавший окружении дюжины конников к Верхним Соснам, почуял неладное за четыре аржи до места прибытия. Зарево, видимое так далеко, не могло быть просто светом от костров перед Валхаллой. Слишком ярко. Остановившись и остановив отряд, он велел одному из всадников ехать через лес напрямик и посмотреть что там. Всадник скрылся в лесу.

Прошло некоторое время и с боков раздался шорох.

— Тушите факелы, – запоздало сказал Житник.

Было поздно. Несколько всадников – половина эскорта – попадали с коней, сраженные стрелами.

— Вперед! – крикнул Житник, выхватывая сверд.

Конь полетел стрелой но, оглянувшись, Житник увидел, что только один всадник следует за ним. Сворачивая в лес, успел он заметить что и этот, последний, охранник упал, а конь его бежит налегке.

Житник летел, пригнув голову, опасаясь натянутой веревки – к узкой лесной тропе, о которой знали немногие. Преследование в темном лесу возможным не представлялось, да и шансы здесь, впотьмах, были бы равны.

Кто меня предал, думал он. Как? Когда? Что вообще происходит?

Будем рациональны и последовательны. Итак. Зарево и засада. По отдельности эти явления ровно ничего не означают. А вместе – очень многое. Устроившие засаду все как один стреляют так, что рядовой лучник позавидует, затоскует и упросит начальника отправить его обратно к хозяину на полевые работы. Значит, это не разбойники и даже не ратники. Это тщательно отобранные, хорошо подготовленные люди. Стало быть, они знали, что именно я поеду по этой дороге. Почему? Потому что я все еще жив. Всю дюжину уложили, меня оставили. Для третьего залпа у них было время, но они его не сделали. Меня хотят взять живым.