Книга Реквием блондинке, страница 92 – Джеймс Хэдли Чейз

— Что вы можете о нем сказать?

— Ничего особенного. Он ведет дела похоронного бюро вместо Исслингера. Слышал, что специализируется на бальзамировании, причем весьма успешно. После его работы труп не отличить от живого человека. Сам я не видел и не горю желанием. Но люди говорят, у него неплохо получается.

— Он брат миссис Исслингер, верно?

Кивнув, Редж заметил:

— Милая парочка. Миссис Исслингер устроила Элмеру место в конторе, когда муж ушел в политику. С тех пор он там и обретается. Представляю, каково Исслингеру рядом с таким упырем.

— Правда ли, что миссис Исслингер пьет? – спросил я. – Так сказал Диксон, но мне не показалось, что она похожа на пьянчужку.

— Не знаю. – Редж пожал плечами. – Она со странностями. Исслингер ее боится.

— То есть?

— Он у нее на коротком поводке, его делами тоже она заправляет. Говорят, именно она велела Исслингеру идти в политику. И еще она без ума от Теда. Но вы, наверное, об этом знаете.

— Судя по ее виду, вряд ли она от кого-то без ума. Мне она не понравилась. От нее меня в дрожь бросило.

— Еще не готовы ужинать? – спросила официантка, поставив на стол колу.

— Ну и ну! – воскликнул Редж, когда я покачал головой. – Где, черт побери, эта Одри? Напоминаю еще раз: я умираю с голоду!

— Ну ладно, – сказал я. – Несите два фирменных блюда. – Официантка ушла, и я продолжил: – Неужели Одри снова в какую-нибудь историю вляпалась?

— Не в этот раз. – Редж с ухмылкой смотрел мимо меня. – Вон она идет.

Не вставая со стула, я повернулся. К нам приближалась Одри. В желто-зеленом платье и большой белой шляпке она выглядела очень мило, а глаза ее горели от возбуждения. Я понял: что-то случилось.

— В чем дело? – спросил я, вскочив со стула.

— Мне только что дали вот это. – Одри положила на белую скатерть голубой талончик, придвинула стул и уселась.

Одного взгляда на талончик мне хватило. Не пришлось даже читать заголовок: «Вас только что сфотографировали». Не отводя глаз от Одри, я почувствовал, как кровь отхлынула от лица, и медленно сел.

— Ну ладно, не теряйте самообладания, – улыбнулась она. – Я-то думала, вы обрадуетесь. Разве это не тот шанс, которого мы ждали?

— То есть? – резко спросил я, пытаясь оправиться от шока. – Вы в своем уме? Это вам не игрушки.

Одри, вздохнув, взглянула на Фиппса в поисках поддержки:

— Ну что с ним такое? У нас в руках ниточка, ведущая прямо к убийце. А он спрашивает, в своем ли я уме.

— Послушайте, сестрица, – сказал Редж, и было видно, что он тоже взволнован. – Этот парень вас любит.

На этот раз удивилась Одри.

— Я думала, это секрет, – произнесла она с неловким смешком.

— Я тоже так думал, – мрачно заметил я.

— Ну здрасте. Даже слепец тугоухий и тот заметит, что наш растяпа от вас без ума, – насмешливо сообщил Редж. – Откуда у вас талончик? – Он взял карточку в руки, чтобы рассмотреть получше.

— Сегодня, ближе к вечеру, меня сфотографировал какой-то человек. – Одри поставила сумочку на стол и закурила сигарету. – Я была с Тедом Исслингером. Его тоже сфотографировали.

Официантка принесла тарелки и с легкой завистью взглянула на Одри:

— Вам то же самое?

— Это тебе. – Я пододвинул к Одри свою тарелку. – У меня пропал аппетит.

— Тебе нужно поесть, – заметила Одри. – Обо мне не волнуйся.

— Я в норме, – коротко ответил я и повернулся к официантке: – Еще один скотч.