Книга Вида своего спаситель, страница 129 – Данияр Сугралинов

— Я в модуле.

Наверное, эта новость произвела эффект разорвавшейся гравитационной бомбы, потому что очень долго, почти минуту, эфир молчал. Я подал команду вернуться на рейдер, и модуль спокойно взлетел.

Когда мне ответили, модуль уже приблизился к застывшему над ним «Пустотному клинку» и ждал открытия шлюза.

— Картер, прости, но мы не можем принять тебя на борт, это коллективное решение, — сказал Убама. — Мы даже не уверены, что ты — это ты. Ты был в прямом контакте с неизученной и крайне опасной формой жизни.

Я подавил вспышку гнева и глухо поинтересовался:

— Лекса?

— Была против. Пришлось ее нейтрализовать. Не волнуйся, она в порядке. Проснется через несколько часов.

— Ну вы и гады, — пробормотал я, понимая, что они правы. — А ведь я тебя спас, рехегуа.

— Я этого не забуду, — сказал тот, после чего рейдер взмыл в небеса.

— Если не выживешь, мы позаботимся о твоем потомстве, — добавил Оран’Джахат. — Прости, босс.

Хитамы промолчали.

«Алиса, Мария, Виктория, вы-то еще со мной?» — мысленно поинтересовался я.

«Не могли тебя бросить, — несколько виновато отозвалась Мария. — Модуль, вернее, то, во что он преобразован, все еще опасен, однако он в стабильной фазе. Виктория пытается войти в контакт с ним».

«Уже вошла, — откликнулся старший матриарх. — Гиперкуб недостаточно разумен, чтобы ответить, но его рефлексы на мое зондирование подтверждают: он не агрессивен».

«Чего он хочет, Виктория?»

«Просто быть рядом с тобой. У него произошел своего рода импринтинг».

«Что еще за импринтинг?»

«После гиперпрыжка его связь с другими гиперкубами Ксенны прервалась, сознание, если и было, обнулилось. Когда ты коснулся модуля, развитие гиперкуба получило толчок, как будто часть твоей личности стала его. Теперь он считает тебя своим родителем».

«У меня уже есть дочь», — проворчал я, потому ничего другого на ум не пришло. Я снова стал папой, твою мать! И кому?

И что делать? На посадочном модуле покинуть планету? Ладно, чертов рехегуа, но хитамы! Оран’Джахат! Я же их босс, как они могли так просто меня бросить?

Так, но у меня же есть сгибатель пространства! А что, если…

— Убама, чтоб тебя хитамы съели, ты там?

— Так точно, Картер. Решаем, что делать. Синханни предлагает отправить за тобой автономный корабль, который тебя заберет. А мы дождемся тебя на Ксенне. Если ты выживешь и… — рехегуа запнулся, что было для него совсем не характерно.

— Что «и»?

— И докажешь, что ты — это ты.

— И как я это докажу?

— Мы подумаем.

— Да иди ты знаешь куда! — снова вспыхнул я. — Забирать меня не надо, просто оставьте груз с ресурсами. Я прыгну в Бездну сам. Гиперкуб не опасен, я его приручил.

— Груз оставим на планете, — ответил Убама, проигнорировав информацию о гиперкубе. — Предупреждение: не приближайся к нам, пока мы не улетим.

«А то что?» — хотел спросить я, но, скрипнув зубами, просто согласился, посадил модуль у кратера, а пока ждал их, злость окончательно ушла. В конце концов, они правы. Неизвестность пугает, и уж кому, как не Убаме с Синханни, знать об опасностях неизвестных форм жизни. Древняя цивилизация рехегуа вымерла по вине стражей типа «Гардисто», ксеннианцев уничтожил астероид, заразивший всю планету мутагенами, с которыми даже Разум не в силах справиться, а рапторианцы… Оран’Джахат и Кема с Тианом, скорее всего, считают, что их босс мертв, а значит, их новая задача — сохранить его команду.