Книга Ночь хищников, страница 118 – Данияр Сугралинов, Денис Ратманов

— Риск минимальный, — сказал Тетыща, который все уже просчитал. — Бездушные не нападут, Мабанлок от разумных зачищен, от скейров тоже, интервентам интересен наш чистильщик. Если выжил кто-то из местных, нападать не будет.

— Может, другие НЕХи прилетели, — предположил Сергеич.

— Может, — кивнул Бенитез, который и предложил снарядить экспедицию. — Мы осознаем риски. Но, если останемся без патронов, согласитесь, риск выше.

— Отправляйтесь прямо сейчас, — дал добро я

Мне поступил запрос на покупку щита.

— На машину поставлю, — объяснил Бенитез, встал со стула и отсалютовал. — К финальной волне мы точно вернемся. Полтора часа туда, полтора назад, тоннель-то расчищен. Три часа на поиски.

Сергеич изобразил попа с кадилом и пробормотал:

— Давайте, валите уже. Благословляю!

Троица смельчаков удалилась.

— Пленника брать на передовую? — спросила Лиза. — Это будет опять араб, он в прошлый раз не пригодился.

— Будьте здесь. А еще лучше, поищите место, где можно спрятаться в случае прорыва.

Выстоим ли на этот раз? Что нам приготовила судьба? Вспомнилось пророчество Коли, теперь оно стало понятно: черные — в прямом смысле черные, любимцы жнецов — достаточно вспомнить их оружие и девайсы. Если любимчики, это вселяет надежду, что самые сильные уже позади. Хотя не факт. Многие родители больше любят младших, тех, кто слабее. А жнецы, возможно, отдают предпочтение самым отмороженным.

— Ожидание хуже смерти, — сказал Тетыща, вставая. — Мы все обсудили, что хотели? На позиции?

— Да. — Заметив движение рапторианца, я рявкнул: — Стоять, Кема! Ты охраняешь базу. — Подумав немного, я добавил: — Агилар, Гарсия — в поддержку рапторианцу.

Дослушав меня, Тетыща направился к выходу. Свинья, тряхнув ушами с кисточками, пошла за ним с гордым и независимым видом.

На улице я обнаружил Павла и Настю с детьми, вокруг них носился выводок Гали.

Рома вскочил и указал на поросенка:

— Мой! Мой, приручил!

Я подошел к Павлу и сказал:

— Они оказались правы. Гости были из Африки, черные. И очень хорошо экипированные. Что-нибудь новое они говорили?

Павел задумался, потирая подбородок, качнул головой.

— Ничего из того, что могло бы показаться интересным. А мы, видишь, как развлекаемся. Свиноводством занялись, у каждого по питомцу. Зато дети счастливы и не пугаются.

— Удачи, Денис, — улыбнулась мне Настя, шагнула навстречу. — Огромное тебе спасибо! Только благодаря тебе мы живы. Так бы уже давно… — Она вздохнула, взяла мою руку, встряхнула.

— Да брось. — Надо признаться, меня ее слова и обожание в глазах смутили. — Раз уж нам сохранили души, значит, надо оставаться людьми, так?

Павел сказал:

— Если бы все рассуждали, как ты, не было бы этого противостояния.

Мой мотоцикл остался на линии соприкосновения, и я зашагал в ночь, вслед за красными огоньками фар удаляющихся автомобилей.

Следующая волна будет в пять утра. Последняя — в восемь, уже рассветет.

Мотоцикл ждал на месте. Оседлав его, я поехал приманивать Костегрыза и оставшихся бездушных.

В этот раз я управился за десять минут до вторжения и поставил отметку, что надо не давать титану уйти, чтобы не тратить время на его приманивание. Ну а бездушных оказалось совсем мало — шесть штук. Навредить врагу они не смогут — разве что задержать.

Стоя возле защитного купола, я проводил ревизию.