Книга Несущий свет, страница 53 – Данияр Сугралинов, Денис Ратманов

— И как выживали? — осторожно спросил я.

— Путали следы, как-как, — проворчал Макс. — Папаша по ложному пошел, а мы заныкались, на пути орды залегли.

Сергеича перекосило от его слов, он незаметно для меня показал Максу кулак, но сознание у того было затуманенным, он не понял, что про погоню мне говорить нельзя. Зато я очень даже понял: что-то Сергеич опять мутит. Ну не погнались бы за ними просто так.

— И чего Папаше от тебя надо? — с нажимом спросил я и немного блефанул: — Только не врать, я такие штуки научился чуять. Соврешь — свалю нафиг, выживайте как умеете.

И снова Макс глянул на Сергеича и замахал руками.

— Э-э, я-то тут при чем…

Его прервал донесшийся снизу стук. Я понял, что это Эдрик привлекает наше внимание, а раз не зовет, а стучит, значит — опасность.

— Что? — спросил я, подойдя к краю бетонной площадки.

— Идут, — шепотом ответил Эдрик и вдруг возбужденно добавил: — Русские!

Если раньше тут побывала какая-то неизвестная группировка, то теперь точно явился Папаша.

— Что вы сотворили такое, что за вами погоня? — спросил я. — Чем насолили Папаше? Помните — не врать. Почую.

Сергеич сделал страдальческое лицо, сунул руку под куртку и протянул мне стальной блестящий контейнер.

— Вот. Макс спер у Папаши. В сейфе лежало, значит — ценное. Открыть не смогли ни ножом, никак.

Я взял контейнер, запаянный со всех сторон. Он был теплый, будто живой. Перед глазами появился текст:

Содержимое контейнера недоступно.

Требования: чистильщик 20-го уровня.

Такой даже Папаше не открыть, вряд ли он так быстро взял бы 20-й. Интересно, откуда он у него?

— Что это? — спросил Сергеич. — Видно тебе, Денис?

— Хрен знает, — отмахнулся я, сунул добычу себе в рюкзак. — Вы не открыли бы. Это для таких, как я или Папаша, но даже тот не смог вскрыть. Ладно, давайте уносить ноги, а то не ровен час… — Я посмотрел на Тертышного. Здоровье его осталось на прежнем уровне. — Макс, идти сможешь?

— Не может, — пожаловался Сергеич. — Я его сюда на горбу тащил!

— Давай спускать, — скомандовал я. — Здесь мы как на ладони, и бежать некуда.

— А как? — шевельнул лысым надбровным валиком Сергеич.

— Как-как… ща по ступеням спустим. Подтащим Макса к краю и подтолкнем, там мягко, по зомбятине легко скатится.

— Эй! — слабо запротестовал Макс. — Хватит меня ронять! Убьюсь насмерть.

— Да шучу я. Волокушу делать некогда. Давай, Сергеич, ты за руки держишь, я — за ноги — и потихоньку по ступенькам вниз. Главное, на телах не поскользнуться.

Сергеич взял Макса под мышки, и тот проговорил:

— Простите, мужики, что подвел. Понимаю, я обуза, слабое звено и мертвый, епта… почти мертвый груз. Но так жить хочется, что пипец. Не бросайте, отвеча…

Я взял его за ноги, и он позеленел, закатил глаза и вырубился, не договорив. Видимо, у него сломан таз, и он потерял сознание от болевого шока. Надеюсь, в шприц-тюбике был наркотик, как в аптечке военных.

Мы начали неторопливо спускаться. Сергеич тихонько материл Макса, его нерасторопность, Папашу, дохлых зомби, НАТО и теневое правительство, хотя причиной наших бед были вполне конкретные жнецы.

— Быстро! — беспокоился внизу Эдрик. — Они близко!

И в этот момент cовсем близко, за стеной, прозвучал знакомый самодовольный голос:

— Амир, прием, мы у маяка.

Это был Волошин, я узнал его! И Сергеич, похоже, узнал, его лицо вытянулось.