Книга Единство 2, страница 40 – Данияр Сугралинов

Что ж, жрец… Я на мгновение замер, увидев в бездонных потемневших глазах Дестура искорки, плавающие там, как золотые рыбки в пруду, напомнив, что я имею дело не с неписью, а сущностью, которая, возможно, старше всего человечества. И эта сущность воплощена как минимум в трех реальностях: в моем мире, в Преисподней, а теперь еще и в Дисгардиуме. Начав с ней бой, я обрекаю себя на вечную битву с — теперь уже можно с уверенностью сказать — Сатаной. Готов ли я к подобному?

Словно почуяв мои страх и сомнение, Дестур ухмыльнулся, и, что страшно, я увидел эту гримасу в Ясности. Он тоже ускоряется, подстраиваясь под мой темп! Похоже, там, где есть магия пространства, не обойтись и без магии времени. На мое счастье, этим талантом владел лишь он — его прислужники, Глашатаи Бездны, застыли изваяниями.

Больше не теряя времени, я быстро оценил диспозицию.

Справа на меня надвигался Эрвигот, который в бытность Разорителем здорово помог мне прокачаться в Лахарийской пустыне. Ну, здравствуй, старый недруг! С этим Глашатаем Бездны я был знаком лучше остальных — все-таки не один час провел под Бессмертием Чумного мора, купаясь в водопадах, лужах и озерах маслянистой черной слизи, обильно извергаемой Эрвиготом. Впрочем, не факт, что в его арсенале не появилось чего-нибудь новенького. Под его весом брусчатка площади раскрошилась, земля просела и, дымясь черной копотью, заполнилась знакомой смолянистой жидкостью, разъедавшей все. Эрвигот выплеснул в меня несколько струй, застывших в полете, но к моменту, когда они достигнут этого места, меня здесь уже не будет.

Сзади надвигался Харнатеа, напоминавший гигантского паука с двумя парами гигантских клешней. Его массивная фигура, словно грозовое облако, казалось, высасывает свет из пространства. Из-под темно-серых пластин панциря выплескивались вихри дыма и сгустки сажи, источавшие тошнотворный запах гари и ощущение быстрой смерти. Его чудовищные, похожие на лезвия конечности врезались в брусчатку по самые сочленения — метра на два. Я физически ощутил исходящую от него волну жара и давления. Раздвинув свои огромные клешни, Харнатеа готовился нанести удар.

И наконец слева от себя я увидел Орсобалу — этакий гибрид медведя и скорпиона, также покрытый непробиваемым панцирем. Оранжевый яд стекал с острого конца хвоста и шести мощных клешней, каждой из которых можно отрезать лапу Монтозавру — если бы Глашатай достиг полного размера, который у него превышал сотню метров. Живьем я встречал его впервые, а до этого видел лишь в репортаже об осаде Кинемы, когда армия нежити Айлин атаковала столицу гоблинов. Явившийся тогда Разоритель Орсобалу отвез Утеса в бета-мир.

Однако сегодня мне было что противопоставить угрожающему облику, трехсоттысячным уровням и смертоносным аурам Глашатаев Бездны.

Грусть Спящих позволяла полностью игнорировать Веяние Бездны— ауру, которой владели не только Глашатаи, но и верховный жрец. Избежать их атак помогут Ясность и Полет. Что касается трехсоткратной разницы в уровнях, то она с лихвой нивелируется не только фантастическими показателями моих характеристик, но и сниженными впятеро — на восемьдесят процентов — вражескими. Правда, всего на четыре секунды… Нет, на весь бой! Оказалось, Тоска Спящих срабатывает при каждой попытке нанести мне урон, а поскольку убийственные ауры Глашатаев не отключались ни на миг, таймер божественной способности застыл на отметке в четыре секунды!