Книга Во имя веры, страница 76 – Денис Моргунов, Ольга Головачева

— Дава-а-ай… Ну же! – одними губами произнесла я, пытаясь дотянуться до камня и надеясь лишь на удачу и покровительство Обелиска. Я верила, что он не оставит своих детей в час нужды.

Внезапно, будто почуяв опасность, неверный повернулся в мою сторону и повел стволом винтовки.

— Тут шелестит чего-то, пойду проверю, – крикнул он скрытому от взора напарнику.

— Угу… Давай в темпе, – согласился еретик.

Бронированный перешагнул через несколько поваленных веток и оказался совсем близко ко мне. Рефлексы сработали сами собой – когда человек приблизился на расстояние вытянутой руки, я обхватила его ноги и резко потянула на себя. Скользкая листва под ногами неверного поспособствовала тяжелому падению на спину. Подняться еретик уже не смог. Оказавшись в выигрышной позиции, я всем весом прижала его к земле и вонзила нож в область сонной артерии, рассекая тонкую плоть.

Тренировки прошли не зря – кровь, пульсируя, покидала тело первой жертвы. Но медлить было нельзя – если тот, кого держит в заложниках второй неверный, все еще жив, то я никогда не простила бы себе его погибели, если не успею вовремя.

— Долго что-то ты прове… – Вышедший еретик на секунду замешкался, увидев своего напарника, лежащего на земле. Этот короткий миг стал для отморозка фатальным.

Шаг из-за ствола толстого дерева, крепкий быстрый захват, точный удар в спину.

Еретик упал. Я же поспешила к живому собрату.

Вернее… живой. Легкая серая броня ударного отряда, знакомые шевроны, рыжие пряди волос, растрепанные, с запутавшимися в них веточками и листьями, полный ужаса взгляд…

Боялась она не меня. Да, пусть испачканная кровью и грязью, броня сейчас действительно внушала страх, но пленница еретиков узнала бы свою сестру, прими я хоть обличье колосса.

— Вита! – Я рухнула рядом с ней на колени, попутно включая КПК и отправляя тревожный сигнал ближайшему отряду.

Во рту боевой подруги торчала смятая грязная тряпка, но и без нее женщина не могла издать ни звука. Под носом и у правого уха запеклась темная кровь, руки стянуты собственными же шнурками, до глубоких ссадин впившимися в запястья. Нижняя часть костюма распорота по шву, на котором также виднелись бурые пятна. Я поняла, что произошло, без лишних объяснений. Полный боли и отчаяния взгляд объяснял все куда доступнее слов.

— Твари! – прорычала я, не узнавая собственный голос. – Сестра моя, ты отмщена! Они мертвы, оба. Клянусь Обелиском перед лицом Матери-Зоны, что более ни один из их клана не уйдет от меня живым. Клянусь тебе!

Я обхватила сестру за плечи, освободив от шнурков и кляпа, прижала к себе, пачкая ее потрепанный комбинезон засыхающей кровью еретиков, тяжелым металлическим запахом дурманящей сознание. Вслушиваясь в судорожное прерывистое дыхание и неровный пульс, я читала молитву и неотрывно следила за тем, как в моих объятиях Вита погружается в бессознательное забытье измученного человека.

— Вон они! Брат Курт, быстрее!

Мир рассыпался на множество цветных осколков. Звуки, запахи, голоса смешивались в единый хаос, утягивающий в бездну неизвестных до этого дня чувств. Лишь огонь веры в справедливость Его позволял окончательно не утратить рассудок. Я взывала к Обелиску, прося о силах, чтобы разнести в прах и пепел всех, кто осмелился показать, какие жуткие деяния способен творить обычный смертный.