Книга Чужое Дело. Пролог, страница 63 – Максим Бугаёв

Я попытался пошевелиться, но ничего дельного из этого не получилось. Неприятная боль в правой стороне в области ребер быстро отрезвила меня. Немного подождав, чтобы успокоить боль, я принял новую попытку. Что-то блокировало движение. Да и вообще, какого черта я сидячем положении? На холодном металлическом стуле. Опустив голову, и посмотрев на себя, все стало на свои места. Привязан скотчем. Одежда порвана, вся в крови. Очевидно, в моей. Короче моё положение — хуже не придумаешь.

Даже не могу понять, где нахожусь. Вокруг темные стены с облезлой штукатуркой, сквозь которую виден серый кирпич. Повсюду кучи старого мусора: перевёрнутые ящики, грязные бутылки, пакеты и бумага. Пыльный, грязный пол, выложенный оранжевой потрескавшейся плиткой. В некоторых местах следы застывшей, не вытертой крови. Ещё добавлял картину восприятия спёртый, застоявшийся, сырой запах подвального помещения.

Где я? Старый подвал, или вообще какой-то заброшенный уголок под землёй? Окон нигде нет. Есть только одна поржавевшая дверь, со следами вмятин. В общем данное помещение не тянуло на даже вшивый одно звездочный отель.

“Метро”, подсознание подкинуло обрывок из памяти. Так только называли подземные лабиринты в северных районах города. И это было последнее место, где бы я хотел оказаться. Многокилометровые подземные тоннели преступных районов было одним из самых ужасных мест в Риде. Сюда не заглядывают законопослушные граждане Империи, в эту зловонную нору не сунет нос по доброй воле ни один правоохранительный орган. В Метро даже самые отпетые отморозки спускаются с опаской.

“Приплыл,” — понял я, чувствуя, как внутрь меня заползает тьма. Оказаться в Метро — худший из возможных сценариев.

Мои мысли прервал неожиданный звук. В правом углу, среди нагромождения мусора, что-то шевельнулось. Это было так внезапно, что я моментально забыл о своём состоянии. Затаив дыхание, я медленно повернул голову, стараясь не издавать ни звука.

Глаза уставились в темноту. В углу что-то двигалось. Раздался шорох, а затем едва различимый звук — то ли царапанье, то ли скрежет. Я замер, задержав дыхание, и ждал, кто или что выйдет из мрака.

Секунды тянулись бесконечно, пока нечто не сдёрнуло грязную клеёнку, скрывавшую его фигуру. Это было живое существо. Человек. Вернее, его отдалённое подобие — худой, маленький, с нестабильной походкой. Оно медленно хромало, время от времени цепляясь за хлам на полу.

Под тусклым светом лампы я наконец смог разглядеть его. Это был ребёнок. Мальчишка лет девяти, может, одиннадцати. Грязные спутанные волосы торчали в разные стороны. Лицо покрывала толстая корка грязи, через которую отчётливо выделялись небесно-голубые глаза. Разбитые губы, синяк под глазом и глубокая ссадина на скуле завершали картину.

Я растерянно смотрел на него. “Как он вообще сюда попал?” — пронеслось в голове. Подвал, грязь, зловоние, остатки застывшей крови — всё это не место для ребёнка. Или ...

— Очухался, козёл! — совсем не детским голосом проговорил пацан, недобрыми глазами смотря на меня.

Я немного опешил от такого жесткого приветствия. Хотя, честно признаться, этот малец меня не удивил своим хамством. Метро в себе таит много тайн, говорить о которых не принято среди нормальных людей.

— Ты “звоночек”? — прямо спросил я пацана, догадываясь, кто на самом деле стоит предо мной.