Книга Воздушная разведка. Книга первая, страница 107 – Владимир Поселягин

— Забери, — взглянув на меня прямым и ясным взором, сказал Юля. — Ты же знаешь мою ситуацию. Если бы смогла настоять, мама и деда были бы живы. А сколько тёток и дядек погибло в селе? У меня там половина родственники. Да, отца заберём. Он написал в каком городе стоял его полк.

— Хорошо, думаю ты права, места для всех хватит. Тогда и Павла с его семьёй заберу. Жену и дочку тоже отпустили с поселений. Их в Воркуте держали. Ты знаешь, посылки туда отправляла.

— Замечательно, а теперь, припиши ко мне лекарский амулет. Хочу изучить его.

Я приписал к той запасной амулет. Однако та им недолго занималась, вскоре явно ушла в раздумье, полулёжа в кресле рядом. Она всё осмысливала, принимала, понимая, что привычная и спокойная жизнь, всё это в прошлом. И чего ожидать впереди, покажет время. Иногда я ловил её взгляды на себе. Взяв руку, поцеловал пальчики, так что та прижалась ко мне, положив голову на плечо, так и летели. Я уже определился на местности, и курс на Горький держал. Нужно со своих родственников начинать, пока там засаду не поставили. Причём, желание их, хотят не хотят привычную жизнь бросать, меня мало волновало, просто сообщу что их ждёт вскоре, и заберу. Дальше уже на месте, на планетах пришельцев достану, если посчитаю что безопасно, пусть осваиваются. Всё же миры космической цивилизации это куда интереснее и серьёзнее, чем болото Земли. Оценят, но думаю не сразу. Люди вообще консервативны и бросать нажитое и привычное, это нужно быть изрядным авантюристом, не все такие. Юля так в молчании и сидела, о многом размышляя. Кстати, достал дочку, та её покормила, всё ещё грудью кормила, вот и держала на руках, иногда целуя малышку. Та подхихикивала как от щекотки. Похоже дочка стала тем якорем, с помощью которого та быстро пришла в себя. Пора на дозаправку, полторы тысячи километров позади, ещё на сотню осталось, так что высмотрев подходящее место, стал снижаться. Убрав на всякий случай Юлю, с дочкой, в аурное хранилище.

Нет, посадка неплохо прошла, это хорошо. Пока Юля прогуливалась, качая Алёну, я заправил машину, масла долил, и мы дальше полетели. Только Юля поменяла дочке штанишки. Дети, что ещё скажешь. А вот Гену доставать пока не просила, одной дочки хватит. Дальше сообщил, что уберу ту в хранилище, пока занимаюсь сбором родственников, как соберу, там определимся, пока тем лучше в безопасности быть. Подумав, Юля кивнула. Убрал, мы как раз шли на посадку, льды Оки. Ничего, сел, место глухое подобрал, без свидетелей. Обслужил и сменил самолёт на «Додж», тот самый что жена любила, и покатил в город. Вот тут куда холоднее. В куртке не походишь, сменил на офицерскую шинель, плюс шапку-ушанку. Машина открытая, только брезентовая крыша сверху, так что без этого никак. Климат работал, но и ему помогать надо. Ничего, за полчаса проехал пятнадцать километров по льду реки, тут следы видны, сани накатали дорогу, и выехав на высокий берег, погнал к дому Серовых. Помять-то Сашки при мне, отлично знаю куда ехать. Уже вечер был, сестрицы из школы вернулись. Причём, в доме, что принадлежал нашей семье, жили чужие. А как в ссылку уехали, заселили по решению властей. А когда из ссылки вернулись, выгнать не смогли, те сказали: Мы не покинем дом. Идите к чёрту, нас сюда законно вселили. Вот и жили враждебной коммунальной квартирой. Дом частный, с палисадником, подъехав к деревянным воротам, оставил машину урчать на холостом ходу, там вода в радиаторе, и открыв ворота, прошёл во двор, где старшая из сестёр кормила кур. Это новые, старых после ссылки не нашли, сожрали жильцы, которых вселили, и которые выселяться не желали. Так и написали в письме, «сожрали», да отказались компенсировать.