Книга Вечно голодный студент 6, страница 11 – RedDetonator

— За что? — спросил я.

— Ну, за то, что враги дали тебе крутое прозвище, — пояснил Щека.

— Неа, — честно ответил я. — Мне похуй.

— Так получается ещё круче, — усмехнувшись, сказала Фура.

Мне абсолютно всё равно, что обо мне думают тамбовцы и все остальные — они в моей жизни не значат вообще ничего.

А вот на что мне абсолютно не всё равно — это сегодняшний обед.

Передо мной стоит большая тарелка с примерно двумя килограммами тушёной с овощами черепашатины — пёрфект. Это уже вторая смена, поэтому я с нетерпением жду, пока желудок хотя бы частично утрамбует предыдущую порцию.

Всё это щедро посыпано перцем и солью, а также сдобрено высококлассным шафраном — особой специей, которая и до зоошизы стоила бешеных бабок.

Сегодня у нас продолжение серии поощрительных обедов — Проф велел Клавдии Вячеславовне сделать все приёмы пищи, до конца этой недели, незабываемыми.

Прислушиваюсь к ощущениям и понимаю, что уже можно есть.

Быстрыми и отточенными движениями ложкой набиваю желудок высококалорийным мясом, на фоне которого десятки килограмм овощей покажутся лёгкой закуской.

С нашими тратами, мяса нужно очень много, поэтому охотничьи рейды учащаются — на них ходят КДшники попроще.

Например, основной объём мяса приносят Аферист, Нолик и Игла, то есть, люди Пиджака — таким образом последний хочет выглядеть очень полезным в глазах Профа.

Пока мы валандаемся с тамбовцами и выполняем важнейшие миссии в истории Фронтира, в Волгоград переезжает всё больше и больше ростовцев, которые настойчиво требуют называть себя ростовчанами.

С одной стороны, это очень удобно, когда в довольно-таки скучные охотничьи рейды ходит кто-то другой, но с другой стороны, я держу в голове слова Гали и меня напрягает то, как много у нас в городе чужаков.

Очень вряд ли, что они смогут что-то поделать с нашим костяком КДшников, потому что мы с каждым днём становимся всё сильнее и сильнее, а они вынуждены тратить время на охоту.

Политика Профа очевидна и все её понимают: основной костяк качается и становится в принципе непобедимым, тогда как новоприбывшие, по сути, финансируют Фронтир за счёт своих сил и времени.

На что, в таких условиях, надеются Пиджак и остальные князьки — я не знаю.

Но то, что я знаю и понимаю всё отчётливее с каждым днём — это то, что на Профа вся эта история влияет хреново.

Формально, не изменилось ничего, всё по-прежнему, цели те же, но вот отношение Профа изменилось. И изменилось оно куда-то в не очень хорошую сторону, что первой заметила покойная Галя.

В любом случае, я не знаю, что делать.

Мне не нравится происходящее, во многом потому, что последний разговор с Галей заронил мне в душу зёрна сомнений.

Но мне не очень понятно, а надо ли что-то делать?

Что будет в самом худшем случае? А будет ли худший случай?

— Мясной пирог, специально для вас испекла… — сказала Клавдия Вячеславовна, поставив на стол огромный пирог.

— Ох, спасибо большое! — воздал я ей хвалу.

— Спасибо, Клавдия Вячеславовна! — поблагодарил её Щека. — Если бы не вы, этот мир, для меня, потерял бы половину тонов!

— Ха-ха… — посмеялась наш главный повар. — Ешьте.

Беру столовый нож и рассекаю пирог на три равные части.

— Круто… — прошептал Щека, получив свою порцию.

Но мы успели поглотить только несколько кусков, как зашипела рация.