Онлайн книга «Вечно голодный студент 10»
|
— Сама будешь ремонтировать? — спросил у неё Фазан. — Если надо, — пожав плечами, ответила она. — Ронин, если потратим даже сутки на ремонт, то потом сильно выиграем по времени. Мне не улыбается возиться с грузовиком — надо ведь будет и переобуть его, потому что резина на нём летняя, а это сначала нужно найти зимнюю резину и потом потратить дополнительное время на переобувку… — Что ж, тогда приступаем к ремонту, — сказал Ронин. — Студик, ты на крышу — будешь караулить, а все остальные ремонтируют КАМАЗ — мне не хочется задерживаться тут, поэтому поторопимся. * Российская Федерация, Новосибирская область, город Новосибирск, Международный аэропорт Новосибирска, 9 февраля 2029 года* — Ну, давай! — воскликнул Фазан и крутанул ключ зажигания. Стартер затарахтел, раздался изнурённый хрип топливного насоса, а затем движок чихнул и затих. — Пробую ещё, — сказал Фазан. Снова те же звуки, но затем произошло чудо, и движок затарахтел, а из выхлопной трубы повалил чёрный дым. — Да! — выкрикнул Фазан. — Победа!!! Мы вложили в этот КАМАЗ очень много усилий. Пожалуй, слишком много… Мне пришлось пошастать по автосервисам мёртвого города, в котором даже животные не водятся, а затем поискать «сородичей» КАМАЗа, чтобы «каннибализировать» их — в итоге у нас получился монстр Франкенштейна, состоящий из комплектующих четырёх разных КАМАЗов. Отдельно пришлось поебаться с топливом, потому что дизель во всех тачках «летний», ещё простоявший дохрена времени на улице, а это значит, что толку от него мало. Решили, что доедем до места на авиационном керосине из топливных цистерн аэропорта — залили в бак керосин, туда же залили масла, а сверху заполировали плюс-минус приемлемого состояния дизелем, который пришлось выцеживать из баков по паре капель. Дело в том, что дизель в баке расслаивается, поэтому можно, при должной сноровке, высосать верхний слой, в котором содержится дизель приемлемого качества. Мало, муторно, но дизель есть дизель. Ну и с керосином тоже были свои действия сексуального характера, потому что пришлось его отстаивать и процеживать через фильтры, ведь он стоял в цистерне почти три года, поэтому на дне вода, а в составе хлопья микробиологической слизи. Мы дали ему отстояться, затем слили нижний слой, с водой и микробами, а после этого отфильтровали оставшееся, что дало нам относительно чистый керосин. — Все на борт! — скомандовал Фазан. — Студик, а ты полезай на крышу! Пока велись ремонтно-восстановительные работы, Ронин, Фура и Лапша разрезали крышу кунга и установили «воронье гнездо», в котором я и должен сидеть, обдуваемый всеми ветрами, но зорко бдящий за окрестностями. Забираюсь на своё место, Фазан садится за руль, Ронин садится на пассажирское сиденье, а остальные залезают в кунг. — Если что, можете вести беседу с моей жопой, — сообщил я остальным. — Смешно пиздец, бро… — сказал Щека, севший близко ко мне. — Поехали, — сообщил Ронин по рации. — Скоро мы будем в Новокузнецке. — Наконец-то, блядь, Кузня… — произнёс Щека. * Российская Федерация, Кемеровская область, город Прокопьевск, улица Ноградская, 9 февраля 2029 года* «Ох, какая ностальгия», — подумал я, увидев знакомые места. Наш первый серьёзный рейд, в котором Щека затупил, из-за чего они с Профом чуть не погибли. Тупые и наивные — вот какими мы тогда были… |