Книга Еда и патроны. Ренегат, страница 303 – Артем Мичурин

— Так нормально?

Коллекционер пожал плечами:

— Жопа твоя. Сам решай, насколько она тебе дорога.

— Он шутит, – успокоил Стас. – Вряд ли гусляр вернется. Скорее всего, эта гнида уже подохла в своей норе.

— Не скажи, – без тени юмора возразил охотник. – Насекомые чрезвычайно живучи.

— Никакое это не насекомое. И вообще я сомневаюсь, что такая хрень могла из жука эволюционировать. Тут, как пить дать, без затейников–генетиков не обошлось. А учитывая близость Легиона…

— Мм. – Коллекционер задумчиво оперся подбородком о кулак. – Интересная теория. И, честно говоря, с моей собственной она расходится в сущих пустяках. Я–то все же считаю, что основой послужило именно насекомое. Может, товарищ более близкий к научным кругам сумеет нас рассудить?

Сатурн поймал на себе вопросительные взгляды и насупился, предчувствуя неладное.

— Ну давай, колись, – поторопил его Стас. – Ваши умельцы чудо это сварганили? Мы никому не расскажем.

— Не понимаю, – пробурчал великан.

— Чего ты не понимаешь? Гусляр – ваших рук дело?

— Это зак…

— Ай, – махнул рукой Коллекционер. – И без твоей закрытой информации ясно, откуда ноги растут. Я одного только не понимаю – по кой хрен вы его на волю выпустили. Это эксперимент такой, что ли? Изучаете эффективность своего биологического оружия?

— Да что вы ко мне привязались? – рыкнул Сатурн. – Я ничего не знаю об этом.

— Ладно, не донимай парня, – обратился к охотнику Стас. – Он ведь просто солдат, расходный материал. Кто станет посвящать его в планы Легиона? Пометят себе в анкете, что образец номер два продемонстрировал боевую эффективность выше, чем образец номер один, на том и закончат. Давай уже собираться.

— Да, – согласился Коллекционер, вешая на плечо зачехленную СВУ и автомат на шею, – бестолковое дело. Все равно что спрашивать у лабораторной крысы о целях научных изысканий.

Сатурн шумно выдохнул в холодный воздух облачко пара, но промолчал, демонстрируя незаурядную выдержку.

— Ну все, – Стас закинул вещмешок за спину и взвалил на плечо укутанный брезентом пулемет. – Постарайся в течение трех часов никого не убивать.

Коллекционер, проходя мимо сидящего великана, ухмыльнулся и прошептал заговорщически:

— А броню все же подложи.

* * *

— Ну, что скажешь? – Стас обернулся и посмотрел на оставшиеся в паре сотен метров позади руины.

— Он не палач, – ответил охотник.

— Вчера ты говорил, что он не боец.

— Тогда я ошибся, а сейчас уверен.

— Молодость и наивность еще ни о чем не свидетельствуют.

— Абсолютно. Вот, помню, я в его годы…

— Давай об этом позже.

— Эх, – вздохнул Коллекционер и совсем по–стариковски закашлялся. – Вечно вы, молодежь, спешите куда–то, не слушаете старших, не интересно вам наше брюзжание. Да?

— А ты что, старый очень?

— Уж почитай четвертый десяток к концу близится. Не многие в нашей профессии этим похвастать могут.

— Четвертый десяток – это сколько?

— Ну, тридцать пять – тридцать семь, где–то так.

— Ты своего точного возраста не знаешь?

— А мне свидетельств не выдавал никто. Разве что вот. – Охотник поднял левую руку и продемонстрировал глубокий кривой шрам на ребре ладони. – Серый сосед по выгребной яме «расписался».

— С кем же ты рос? Ведь кто–то тебя подобрал.

— Давай вернемся к предыдущей теме, – предложил Коллекционер. – Ты про зверюшку интересовался, не стрельнет ли в спину после того, как груз добудем. Отвечаю – не стрельнет. Этот мясной танк нам, похоже, и впрямь в усиление придан. Но успокаиваться рано. Вчера, по дороге сюда, я заметил, что у нас появился попутчик.