Книга Еда и патроны. Ренегат, страница 302 – Артем Мичурин

— Где?

— Да вот же. – Стас подошел и отогнул несколько слоев вспоротого на бронещитке кевлара, из–под которого блеснула свежей царапиной сталь.

— Покажи, – заинтересовался охотник. – Ну ни хрена! Повезло тебе, дружище. Чуть более легкомысленное отношение к средствам индивидуальной защиты – и пришлось бы переучиваться на левшу. Эх, жаль, ни одного трупа под рукой нет. Сейчас бы мы рабочие характеристики этого «клинка» проверили.

Великан поморщился:

— Я лучше спать пойду.

— И я тоже, – поддержал его Стас. – А тебе, – обратился он к Коллекционеру, – приятного времяпрепровождения. Надеюсь, эта тварь не вернется за своим инструментом.

— А если вернется, вас разбудить? – усмехнулся охотник.

— Не сочти за труд.

Сон долго не шел к Стасу, а когда пришел, то принес с собой лишь вереницу диких образов, проступающих из холодной мглы. Был в нем только один положительный момент – краткость.

— Подъем, неврастеник.

Легкий удар по ноге вырвал из липких объятий кошмара.

— Что? – Стас сел и заморгал, продирая глаза. – Уже шесть?

— Пять сорок, – ответил Коллекционер, прихлебывая из кружки. – Не могу уже бормотанье твое слушать. Полночи терпел.

— Я опять говорил во сне?

— Да пиздец просто, рот не закрывался.

— О чем?

— Бред какой–то нес горячечный, как обычно. Знаешь, Станислав, тебе нужно следить за здоровьем. Нервы – это, брат, не шутка. Сначала кошмары снятся, потом мысли странные в голову лезут, а заканчивается все маниакальной одержимостью с иррациональной тягой к убийству.

— Твоя история болезни мне известна. – Стас плеснул в кружку воды и поставил на угли догорающего костра. – Черт. Холод собачий. Мясо осталось?

— Нет. Мало я провианта захватил, не рассчитывал на пешую прогулку. Есть тыква. Будешь?

— Давай.

Коллекционер достал узелок с засушенными коричневыми ломтиками, развязал и положил рядом.

— У Фомы подкрепимся. Не откажет, наверное. А этому все нипочем, – кивнул он на мирно похрапывающего Сатурна. – Спит как ребенок. Видать, совесть чиста, аки у агнца божьего.

— В таком случае удивительно, как тебе вообще спать удается.

— Мне проще, у меня совести нет.

— И этот человек рассуждает о моем психическом здоровье, – покачал головой Стас.

Потревоженный разговором Сатурн заворочался, чмокая обветренными губами, и открыл глаза:

— Который час?

— Пробудилась, радость моя? – ласково поинтересовался охотник. – Гусляры ночью не кусали?

Великан исподлобья глянул на «странного» компаньона, фыркнул и сел, закутавшись в одеяло:

— Скоро уходите?

— Да, – ответил Стас, запивая малоаппетитные кусочки тыквы подогревшейся водой. – Остаешься тут за главного часа на три. Сиди тихо, никуда не шастай. От огневых контактов тоже попрошу воздержаться, наконтактировались уже. Так что, если кого незнакомого заметишь, не шмаляй сразу. Затаись и пережди, может, сам уйдет. Хотя с твоими габаритами… – Стас задумчиво поскреб щетину. – В общем, действуй по обстановке, но без фанатизма. Понял?

— Так точно, – кивнул Сатурн.

— И это, – Коллекционер указал великану на грудь пальцем, после чего совершил им хитрое круговое движение, – броню под жопу сунь. – Он принял зловещий вид и соответствующим голосом продолжил: – Гусляры не прощают.

Сатурн, судя по всему, воспринял предостережение охотника всерьез и, немного подумав, уселся на рюкзак.