Книга Исцеление вечности, страница 138 – Джули Кагава

— Понимаешь, тут какая штука, — ответил Шакал. — Будь на твоем месте кто-то другой, это бы еще как все меняло. Любой нормальный вампир отправился бы искать Саррена, а не выручать кучку никчемных кусков мяса, которые, скорее всего, и так уже мертвы. Но тебе же всегда неймется, верно? Вечно ты принимаешь сторону людей. И вот куда тебя это привело.

Я не сводила с Шакала глаз. Еще никогда я не видела его таким — совершенно серьезным и злым. Обычно он выражал раздражение каким-нибудь омерзительным замечанием или подколкой, чтобы вывести собеседника из себя. Сейчас он был в ярости, глядел на Кэнина с откровенным презрением, скривив губы в беззвучном оскале. Я не понимала, отчего он зол — оттого, что Кэнин хотел спасти кучку людей, или оттого, что Кэнин умирал и ничего не сказал об этом.

— Как думаешь, что будет после того, как мы найдем Саррена? — спросил Шакал спокойно глядящего на него Кэнина. — Думаешь, ты сможешь захватить его в таком вот полумертвом состоянии? Твое сострадание к этим никчемным людям нас всех погубит!

— Я сделал выбор, — как всегда, невозмутимо произнес Кэнин. — Можешь не соглашаться.

Шакал презрительно покачал головой и отступил на шаг.

— Знаете что? Дело ваше, — тихо сказал он, обводя всех нас взглядом. — Оно того не стоит. Я думал, что у старого кровососа есть какая-то информация о лекарстве от вируса бешенства, или он нас к нему приведет. Но если он хочет пожертвовать собой ради кучки жалких смертных, я лучше отправлюсь на поиски сам.

— И куда ты собрался? — спросила я, недоумевая, почему меня вообще беспокоит то, что Шакал уходит. Пусть проваливает, ты всегда знала, что он уйдет или обратится против тебя, когда представится возможность. Я не понимала, почему так зла. С одной стороны, мне казалось, что Шакал пригодится нам, когда придется схватиться с Сарреном, ведь он хороший боец, и в любом случае чем нас больше, тем лучше, — потому я и не хочу, чтобы он уходил.

Но это была ложь. Шакал приходился мне братом, и, каким бы он ни был эгоистичным мерзавцем, я надеялась, что он изменится.

— Ты не одолеешь Саррена в одиночку, — возразила я Шакалу. — Ты же сам говорил, что так с ним не справиться.

— А кто сказал, что я собираюсь с ним драться? — Шакал усмехнулся и скрестил руки на груди. — Я не дурак, сестра. Как я понимаю, Саррен сейчас ближе всех к тому, чтобы найти лекарство. Если я встречу нашего больного на голову друга, то вежливо задам ему пару вопросов, а потом пойду своей дорогой. Я не такой псих, чтобы пытаться его остановить. Но я точно не собираюсь тусоваться тут с вами, теряя время. В общем, развлекайтесь со своими болящими и кровящими. Я пошел.

Металлический скрежет эхом отозвался в туннеле — Зик вытащил мачете, и от этого звука внутри у меня все сжалось.

— С чего ты взял, что я позволю тебе вот так уйти? — холодно спросил Зик. В его устремленных на Шакала глазах сверкали гнев и ненависть. — Ты должен ответить за свои преступления, — продолжил он, и свет блеснул на лезвии воздетого вверх клинка. — За тех людей, что ты убил. Я никого из них не забыл, и ты заплатишь за то, что сделал.

О нет. Зик не шутил — он был готов к схватке. Настал момент для того самого противостояния, на которое он намекал с тех пор, как мы пришли в Нью-Ковингтон. «Ради моей семьи, — сказал он в туннелях, — ради тех, кто остался в Эдеме, я лишу его жизни, Эллисон. Вопрос лишь в том… придется ли мне драться не только с Шакалом, но и с тобой?»