Книга Бесконечная песнь, страница 28 – Джули Кагава

Я услышала шаги – Шакал и Кэнин тоже перешли дорогу, но оба замерли на краю тротуара, брезгуя ступить на кладбищенскую землю.

— Церковь, – произнес Шакал с явственным отвращением. – Ну разумеется, тебя понесло в церковь. Но чему я, собственно, удивляюсь? Ты вообще не догоняешь, что ты демон, сестра?

Я удивленно посмотрела на него. В Нью-Ковингтоне вампирские лорды сравняли с землей и сожгли все церкви задолго до моего рождения. О том, зачем они это сделали, разумеется, ходили разные слухи, но самые красочные истории гласили, что вампиры не могут перешагнуть церковный порог, не могут ступить на освященную землю – и если они попытаются это сделать, то сгорят.

Разумеется, рассказчики ошибались. Я стояла прямо в тени церкви, и со мной все было в порядке. Но Кэнин и Шакал все еще не желали к ней приближаться, и я усмехнулась кровному брату поверх разделявшей нас полоски земли:

— Что такое, Шакал? Боишься, что тебя охватит пламя, если ступишь на церковную землю?

В ухмылке Шакала сквозило раздражение.

— Ну не прелесть ли? Молоденький демоненок раздувается от чувства собственного величия, полагая себя неуязвимым. Позволь мне кое-что тебе прояснить, сестра, – начал он, оставаясь на месте. – Я не боюсь Большого Парня, никогда не боялся и никогда бояться не стану. Но в отличие от некоторых вампов-новичков, не буду показывать пальцем, я никогда не питал иллюзий насчет того, кем я являюсь. Даже если Бог мертв, даже если здесь его больше нет – черт, да даже если он не более чем страшилка, выдуманная от чувства безнадежности кучей жалких людишек, – я-то все равно демон. И никогда не притворялся никем иным. И Бог, если Он существует, все равно ненавидит нас.

Шакал скрестил руки на груди и усмехнулся.

— Так что давай, дорогая сестренка. Потопчись еще на Его территории. Может, Он все же мертв. Но если через полминуты в тебя ударит молния, я лучше сэкономлю время и скажу тебе «увидимся в аду» сейчас.

У меня свело желудок. Я вспомнила вопрос, который давно задал мне Джебедайя Кросс, – я тогда еще недолго успела пробыть вампиром и только-только наткнулась на его паству.

– Ты веришь в Бога, Эллисон?

– Нет, – моментально ответила я. – Собираетесь меня адом пугать?

– Ад – здесь, – сказал Джебедайя, обводя жестом пространство вокруг нас. – Это – наше наказание, наши мытарства. Господь покинул этот мир. Верные уже получили свою награду, а нас Он оставил здесь, отдав на милость демонам и чертям. Грехи отцов перешли на детей и детей их детей, и так будет, пока этот мир не разрушится окончательно. Потому неважно, веришь ты в Бога или не веришь, ибо Его тут нет.

Раньше я была скептиком. Сейчас я не знала, во что верю.

— Эллисон. – Через безмолвное кладбище до меня долетел тихий, спокойный голос Кэнина. Я бросила на него взгляд, ожидая, что он позовет меня назад, скажет, что мы теряем время, что надо двигаться дальше. Его лицо ничего не выражало, темные глаза смотрели загадочно. – Тебе знакомо это место?

Я кивнула.

— Я была здесь раньше, – сказала я, обходя могильную плиту, касаясь пальцами холодного камня. Того самого камня, на который опирался Зик, когда Джеб высек его за проступок, который я уже не помнила. – Мы – Зик и остальные – проходили через этот городок по дороге в Эдем, – продолжила я, рассматривая сожженную, почерневшую церковь. – Люди остановились здесь на отдых, но ночью на них напали. – Я покосилась на Шакала, вновь ощущая злость. – Головорезы Шакала.