Книга Пережить сегодня, страница 200 – Дмитрий Клопов

Придется падать лицом вниз. Снайперская винтовка — слишком тонкий музыкальный инструмент, чтобы бить этой скрипкой об асфальт.

Я морщусь от боли, когда тяжелое оружие бьет меня по спине и особенно болезненно прикладывается по затылку. Стараясь не обращать внимания на жжение в ободранных ладонях, я выхватываю пистолет и поворачиваюсь в сторону врага.

Зомби передо мной медленно и молча заваливается на бок. Мертвый мужчина лежит на земле в гордом одиночестве и больше не посягает на меня в качестве своего обеда. Рукоять моего ножа указывает точно в небо, застряв в виске покойника.

— Фух! Совсем замечтался, — выдыхаю я.

Я оглядываю окрестности, но вокруг все тихо. Думаю, это знак. Хватит тут болтаться и мечтать о новой жизни — пора мне к ней отправляться. Кивнув своим мыслям, я возвращаю себе нож и поворачиваю в обратном направлении.

Когда в конце улицы показываются окна знакомого дома, солнце уже держится за горизонт из последних сил. Его последние лучи оставляют длинные и густые тени за каждой неровностью. Я, конечно, еще не могу считаться знатоком этой местности, но что-то я не помню россыпи тех камней перед входом.

Старик там, что, совсем из ума выжил, решил какие-то оборонительные редуты перед домом соорудить? Так же только наше местоположение выдаст всей округе. Сейчас, вместо совместного кофе, леща от меня получит!

Я приближаюсь ко входу в здание. Что не так с окнами? Я прикрываю глаза от солнца и только сейчас замечаю, что окна зияют пустыми провалами без стекол, а стены вокруг них испещрены дырками от пуль.

— Какого х..? — возмущаюсь я, но поперхнулся словами, когда опустил глаза.

То, что я принял за валуны, которые разбросал безалаберный священник, оказывается… трупами. Полтора десятка мужских тел лежат на земле с простреленными головами. На одном из них надета военная куртка — его череп разбит вдребезги.

— Аня! — воскликнул я и рванул в здание.

Я пользуюсь длиной своих ног и, перепрыгивая по три ступени за раз, взлетаю на третий этаж, не разбирая дороги. На последней лестничной площадке я спотыкаюсь обо что-то и кубарем влетаю в коридор. Я оборачиваюсь и встречаюсь взглядом с остекленевшими глазами Степана.

В его виске тоже зияет пулевое отверстие, но умер он точно не от этого — дыру в его груди оставил калибр не меньше того, что у моей винтовки. Аня?!

Я врываюсь в комнату девушки. Ее здесь нет… Что ж, хорошо, что здесь нет и ее бездыханного тела.

— Аня! — зову я. — Ань, ты здесь? Эй, кто-нибудь, отзовитесь?

В ответ — тишина. Я поднимаюсь на ноги и стараюсь осмотреться спокойнее. Шкаф открыт настежь, ящики вырваны из ветхого комода, на полу и кровати оставлено что-то из одежды.

Не думаю, что кто-то рыскал здесь в поисках лишних модных тряпок — больше походит на то, что это Аня в спешке собирала свои вещи.

Она жива!

Я выхожу из комнаты и возвращаюсь к телу Степана. Я осматриваюсь с того места, где, скорее всего, стоял дедушка Ани, и прихожу к выводу, что его застрелил кто-то из тех, кто сейчас лежит на улице.

Прямо отсюда я смотрю на их трупы сквозь разбитое окно. Получается, группа каких-то бандитов напала на моих новых друзей, но они смогли отбиться. Кто-то же все-таки смог выжить и добил всех убитых.

Но как?

Уличные бандиты выглядят суровыми и прожженными бойцами. Я вспоминаю сотни гильз, которые устилают асфальт между их телами, но оружия я там не было. Все равно остается неясным — как местные жители, имея в арсенале полторы винтовки, смогли перебить вооруженных головорезов?