Книга Пережить сегодня, страница 175 – Дмитрий Клопов

— Ах вот оно что! — на секунду мужчина уходит в свои мысли, но тотчас возвращается обратно. — Кажется, мы сработаемся. Знаешь, зови меня Старшим — меня тут все так зовут. А проявишь себя, сможешь меня Денисом называть. Только не боссом!

— Это я уже поня-я-ял! — протягиваю я и принимаюсь за суп.

— Вот и ладушки. Отъедайся тут давай тогда. Потом к мужикам в депо зайди, они тебе койку определят. А завтра с утра ко мне приходи — дело у меня к тебе есть… как раз по твоему профилю! — мужчина разворачивается и заскрипел подошвами ботинок по кафельному полу.

В тот момент, когда входная дверь за Старшим захлопнулась, в зал возвращается Сергей с гигантской тарелкой, доверху набитой нарезанным кружочками маслом.

Тарелка громко лязгнула о стол, но я отчетливо услышал, как парнишка вздохнул с облегчением.

Сердце бьется как сумасшедшее и, кажется, задевает легкие.

Ай!

Что-то кольнуло меня по ребрам, и я не сразу сообразил, что это все-таки не разгулявшееся сердце. Я приподнимаю полу куртки и достаю нож из внутреннего кармана. Черт, совсем забыл про него! Пистолет тоже есть, но сейчас он стал всего лишь увесистым и бесполезным куском железа — все патроны остались в рюкзаке у Максима.

Кухонный нож, лезвие которого до сих пор обернуто черным пластиковым пакетом, кажется невесомым. Этакий бестелесный призрак оружия, не способный помочь мне в борьбе с полусотней оживших мертвецов.

Я срываю пакет с лезвия и надеюсь, что эффект будет как минимум голливудским и хоть немного подбодрит меня. Однако в руке у меня по-прежнему обычный плохо заточенный кухонный нож.

— Вот гадство! — громко ругаюсь я, стараясь раззадорить сам себя, но это тоже не помогает.

Я болезненно закряхтел и как-то совсем по-стариковски поднимаюсь на ноги. Занывшие от усталости руки и ноги, кажется, совсем не в восторге от моего боевого настроя.

Стекло на входной двери уже треснуло в нескольких местах. Первые осколки уже посыпались на мои ботинки. Я подтягиваю лямки рюкзака, передергиваю плечами и кручу шеей, разминаясь, словно боксер перед спаррингом. Костяшки на правой руке побелели, сжимая рукоять ножа.

— Давайте, твари! Я жду, — кричу я на монстров за стеклом. — Чего вы ждете? Придется постараться, чтобы пообедать мной!

Стекло не выдерживает напора зомби и взрывается дюжиной крупных осколков, брызнувших во все стороны. Заметив несколько острых граней, летящих прямиком мне в лицо, я инстинктивно пригибаюсь.

Один крупный осколок все же вонзается мне в плечо, а другой задевает по касательной, прочертив наискосок глубокую кровавую борозду через всю левую щеку и скулу.

Я отпрянул, врезавшись спиной в дверь позади меня. Мой затылок прижимается к прохладному стеклу… В тот же миг в ответ по нему раздается несколько ударов из торгового зала. Зомби, оставленные в качестве подарка в магазине, решают проделать тот же трюк, что и их коллеги с улицы.

— Ничего у вас не выйдет! — яростно кричу я и выдергиваю свободной рукой длинный осколок стекла из плеча.

Через разбитое стекло уже просунулось несколько пар рук. Каждый из зомби, оказавшись перед «открытым» окном, считает своим долгом протянуть свои гнилые пальцы ко мне.

Руки у мертвой девушки длиннее, чем у остальных, и поэтому она дотягивается и хватает меня за куртку. Подтянувшись, она перегибается через край, в попытке укусить меня.