Книга Пережить сегодня, страница 172 – Дмитрий Клопов

Я слишком резко сажусь на матрасе и, кажется, взболтал все мысли в черепе. Очертания комнаты искажаются и слегка плывут, как воск, стекающий по свече. Мужчина в халате укладывает меня обратно, достает узкий фонарик и светит в глаза.

— Хватит, док! — отмахиваюсь я. — Что вы мне такое вкололи, что меня так шатает?

— Э-эм, — замялся доктор, — собственна-а с лека-арствами у нас сейчас туга-а… и, если честна-а, даже если бы дела обстоя-али получше, то сомнева-аюсь, что Ста-аршой разрешил бы их потраатить на незнакома-аго мужика. Без обид! В общем дал тя-абе противогиста-аминного в прикуску к антибиотикам из ма-аих личных запасов и оставил тута-а. Ты вчера-а в себя приходил… никакой, ка-анечно, был, но борма-атал хоть и чушь вся-акую, но вполне членораздельно. Ну, зна-ачит, я и подума-ал, что ты хотя бы в одна-аго из этих не превра-атился. Говорю же, крепкий ты оказа-ался — сам выкара-абкался!

Я сглатываю и отворачиваюсь от любителя «акать». Мой взгляд блуждает по комнате и останавливается на высохшей луже блевотины солидных таких размеров.

Кажется, за прошедшие сутки меня снова несколько раз выворачивало наизнанку. Я касаюсь лица, заросшего густой щетиной, и понимаю, что часть этого дерьма застряла в бороде. Подбородок инстинктивно дергается от отвращения, и комната снова закружилась.

— Не пережива-ай ты так! Отмоешься па-атом, это вообще не беда-а, — успокаивает меня доктор и потрогал мой лоб тыльной стороной ладони. — Жар вроде совсем спал.

— Ка, у меня что, сотрясение было, что-ли? — предполагаю я.

— Да какое та-ам! — отмахивается доктор. — Капельниц сюда не за-авезли, а кормить тебя-а никакой возможности не была-а. Обезвоживание у тя-абя легкое, вкупе с недоеданием. Сейча-ас организую тебе сюда-а ча-аго-нибудь, и как новенький будешь! Кстати, все меня зовут здесь Каа, а не Ка-а!

Видимо, на моем лице слишком отчетливо застыло выражение того, что разницы я не улавливаю, потому что доктор решает все разъяснить, не дождавшись моего ответа.

— Детска-ая ска-азка така-ая, «Ма-аугли» называ-ается! Помнишь та-акую? Там змеюка-а здоровенна-ая была, вот меня в честь нее и заавут. Как-то в ба-аню с мужика-ами сходили, а у меня между ног таакой агрега-ат, что Ста-аршой меня сразу та-ак и прозвал — Каа! — объясняет доктор, и его лицо расплывается в довольной улыбке.

Я автоматически улыбаюсь в ответ и нечеловеческим усилием стараюсь стереть с лица недоверчивые нотки. Сарказм в моей голове стучит набатом, что, конечно, причиной называть доктора Каа стал размер его мужских причиндалов, а не его любовь вставлять где не попадя его излюбленную букву «а-а».

Но последние пару суток этот человек боролся за мою жизнь, так что я легко заглушаю в голове свое никому ненужное мнение и хлопаю доктора по плечу.

— Понял тебя, Док! — улыбаюсь я в ответ и подмигиваю мужчине в халате.

Доктор пообещал прислать кого-нибудь с едой и вышел из комнаты. Я сдвигаю локоть, на который опирался, и без сил рухнул обратно на матрас. Головокружение унимается, но очертания комнаты все еще нечеткие.

Я поочередно прикрываю оба глаза и убедился, что левый теперь все видит словно сквозь легкую дымку. Неприятно, но жить можно — позже расспрошу об этом доктора. Я закрываю глаза и пытаюсь расслабиться.