Книга Пережить смерть, страница 22 – Дмитрий Клопов

Среди отдыхающих оказалась парочка из Москвы — молодожены Ваня и Света, которые готовились пробежать марафон в мае следующего года. Да-да, именно тогда и началась вся эта дрянь с зомби.

И я напросилась готовиться с ними. Декабрь, снег, мороз — и я, которая до этого в последний раз бегала на физ-ре в школе. Они собирались пробежать полный марафон — сорок километров, жуть! Я же определила для себя цель в половину этой дистанции.

Если бы я знала, что в мае мы уже никуда не побежим, стала бы я пробегать на морозе километр за километром? Да на сто процентов! Этот марафон стал моей точкой невозврата, единственным ориентиром.

Когда мы бегали втроем, я слушала, как они весело щебечут, пока мои легкие разрывались от морозного воздуха. К началу весны я уже совсем освоилась — могла и сама пошутить в процессе. Когда на пробежку выходила только Света, мы погружались в сплетни и простые девичьи темы — для меня это было настоящим лекарством, лучше любой терапии у психолога.

Я наконец полюбила свое отражение в зеркале, перестала пропадать на работе, стала посещать вот такие салоны для кудрявых, косметолога и массажиста. И да — я оживила свои соцсети, где вещала о своих целях, переживаниях, успехах и неудачах…

— Убила бы сейчас кого-нибудь за возможность полистать ленту хотя бы пять минут, — горько ворчу я.

Не знаю как другим, но мне сейчас безумно не хватает именно соцсетей. Знаю-знаю — думаю только о себе!Да, и что? Да, я стала эгоисткой, и мне абсолютно не стыдно.

Слишком долго я жила, стараясь быть удобной для всех. Надоело — дайте немного для себя пожить! По крайней мере, теперь, когда мир вокруг сходит с ума, я все чаще повторяю себе одну мысль, словно мантру.

— Больше никогда не буду притворяться. Нет ничего важнее моих желаний! — я неловко вскидываю кулак к солнцу.

Мои мысли прерывает грохот выстрелов. Я слышу чьи-то крики, и эгоист внутри меня уже уносит меня подальше отсюда. Но это снова ложь! Такая же ложь, как та мантра самообмана, которой я пытаюсь убедить себя и всех вокруг, что мне плевать на всех, кроме себя.

Сталь оружия уже блестит в моей руке, и я спешу на помощь тем, кто попал в беду. Знаю-знаю — плохая из меня эгоистка. Я еще работаю над этим.

Охотничий нож в руках Старшего ловко описывает ровные петли. Я вижу, как в шрамированном мужчине закипает ярость, и уже совсем не хочу слушать его историю. Но бородачу на это наплевать.

— Много лет назад, когда я был значительно моложе, а на голове еще было немного волос, я работал на нефтебазе, — Старший начинает свое повествование, но на меня поглядывает лишь изредка, увлеченный нахлынувшими воспоминаниями. — Мы производили топливо, бензин, в общем. Нужная в хозяйстве вещь, как ты знаешь! Там я был максимально далек от руководящей должности. Однако, спустя всего пару месяцев после того, как я вышел на работу, к нам в отдел пришел новый начальник. Он был всего на пару лет старше меня, но сразу всем объявил, что мы должны называть его «Боссом». Мы постарались воспротивиться и очень быстро узнали, что он очень сдружился с нашим генеральным директором. Они вроде в Таиланде познакомились и кутили там вместе полмесяца. Можешь представить себе такую несправедливость?

Мужчина останавливается и указывает на меня острием ножа. Он словно действительно ожидает, что я ему отвечу. Ну смотри, гад — сам напросился!