Книга Сердце тумана, страница 77 – Хелен Шойерер

— Кто твой отец, неважно, – сказала Афина. – Важна Валиа и валианский путь.

Лицо юной Луки было опухшим и мокрым от слез, в глазах читалось поражение.

— Что действительно важно? – спросила Афина.

Лука шмыгнула носом.

— Валианский путь.

Блик почувствовала, как ее оттаскивают от двери. Она продолжила скользить дальше по коридору. Проходя мимо, она мельком увидела другие комнаты: Лука тренируется с Тилли, Лука зашивает порез на своем собственном колене, Лука на кухне с молодым человеком – поваром. Он был в нескольких комнатах: Лука обнимала его, а на его лице застыло выражение тихого, нетерпеливого смущения. В соседней комнате проходил целый праздник в честь богини Рейи, где соплеменницы, одетые в воинские одежды, пили и танцевали вокруг костра.

Что же мне нужно отыскать? Блик замедлилась. Она не могла вспомнить, почему оказалась здесь. И где это «здесь»?

Взрыв смеха заставил ее вздрогнуть, и Блик потянули за собой в соседнюю комнату. Там была Генри, более молодая Генри. Она находилась там с Афиной, на тренировочной площадке среди навесов. Лука наблюдала за этим, спрятавшись в листве, на этот раз ей было лет восемь. Две женщины проводили спарринг, но на их лицах были большие глупые улыбки – беззаботные улыбки, которые Блик с трудом узнавала. Афина подставила Генри подножку и прижала ее к земле своим телом.

— Ты поддалась мне, – обвинила Афина, и ее распущенные волосы коснулись лица Генри.

Генри ухмыльнулась.

— Ты никогда не узнаешь.

Сердцебиение Блик участилось. Она не должна была смотреть на это. Она не должна была видеть Генри в таком состоянии. Матриарх, несомненно, узнает и сдерет с нее шкуру заживо; она и так уже достаточно ненавидела Блик. Как будто какая-то другая сила хотела успокоить ее страхи, Блик мягко оттащила ее от дверного проема. Проход был бесконечным. Она прищурилась, пытаясь определить конечную точку – местоположение. Вот почему она была здесь. Чтобы найти конкретное воспоминание, недавнее воспоминание. Блик огляделась. Это были не недавние воспоминания; некоторые из них произошли много лет назад…

— Она не станет матерью ребенку. – Тишину нарушил знакомый голос из другой комнаты.

Внутри Афина держала за плечи Луку-подростка.

— Только не после всего, что ей пришлось пережить.

— И что? – Лука нахмурилась.

— Она выберет наследника. И я могу только догадываться, что это будешь ты. Ты готова к этому?

— Я? С какой стати ей выбирать меня? Есть десятки более талантливых.

— Мы не говорили о других, – сказала Афина, отстраняясь от дочери.

— Но вы говорили обо мне?

Афина больше ничего не сказала, занявшись своими делами в другом конце комнаты.

— Вы говорили обо мне? – Лука повторила громче.

Слова эхом отдались в голове Блик. Комната, коридор – все поплыло перед глазами, – ее потащили прочь.

— Блик, – позвал кто-то, – Блик, – но они были так далеко.

Прошло несколько минут, прежде чем затуманенное зрение Блик вернулось в норму. Было темно. Лука больше не сидела перед ней. Она покрылась потом, и все ее тело саднило, как после долгого путешествия.

— Ты очнулась, – раздался рядом с ней голос Аллехры.

Напрягая затекшую шею, Блик повернулась к ней. Они были только вдвоем. На лице матриарха отразилось беспокойство.

— Что… что случилось?

— Ты не ранена?