Книга Путешествие цветка. Книга 2, страница 133 – Го Го

Все присутствующие посмотрели на небо. Вдалеке, стоя на птице фениксе, к ним летел Ша Цяньмо. Позади него клубились черные тучи с бесчисленным множеством оборотней и демонов.

— Бай Цзыхуа, если посмеешь тронуть ее хоть пальцем ради своих учеников, я сотру с лица земли всю вашу школу! Если посмеешь навредить ей ради жителей Поднебесной, я всех их перебью!

Властный и свирепый голос еще долго эхом разлетался по пространству между морем и небом. Все совершенствующиеся пришли в смятение.

Непрерывно раздавался страшный грохот от взрывов. Барьеры горы Чанлю не выдержали ударов такой мощи и, сожженные дотла, колыхались на ветру, словно на них обрушился град, способный разрушить города.

Хуа Цяньгу остановилась, пошатнулась и неверящим взглядом посмотрела наверх…

* * *

Колокол горы Чанлю зазвонил сильнее. Восемь тысяч учеников приготовились столкнуться с врагом.

— Я встречусь с ним. – Подняв голову, Бай Цзыхуа посмотрел на Ша Цяньмо, понимая, что великой битвы не избежать.

Мо Янь тут же поспешил остановить его:

— Лучше я пойду. Ты еще не оправился от ран.

— Не страшно.

Как глава школы Чанлю и наставник Хуа Цяньгу, в эту битву должен вступить именно он.

Бай Цзыхуа взлетел. Он и Ша Цяньмо встали средь облаков друг напротив друга. Все присутствующие, затаив дыхание, наблюдали за ходом событий.

Ша Цяньмо был облачен в красное ханьфу с белым меховым воротником. Все его одеяние, от рукавов до пояса и от головного убора до пуговиц, отличалось высочайшим качеством и необычайным изяществом пошива. Стоя на фениксе, в руках демон держал меч Багряной ночи – полностью алый, словно кровью скрепленный. Клинок опоясывало жаркое пламя, сжигавшее все травы и деревья в пределах чжана и испарявшее ледяную воду на расстоянии в три чи.

Он привык улыбаться, потому что это придавало его красоте еще большее очарование. Именно поэтому всему миру он безумно хохотал в лицо, подчиненным ехидно ухмылялся, врагам зло скалился, а рядом с Хуа Цяньгу весело смеялся… Тайная ухмылка, соблазнительная или легкая улыбка, холодная усмешка – он улыбался в любой ситуации. И каждый раз его улыбка отражала разные чувства и настроение.

Но сейчас Ша Цяньмо не мог заставить себя улыбнуться, а просто холодно и мрачно смотрел на Бай Цзыхуа. Казалось, самый изящный пион подернуло тонким слоем инея, но он оттого лишь заметнее наливался красками, такой же пышный, как в пору расцвета.

Мало кто видел его меч Багряной ночи, потому что при его способностях доставать оружие особо не приходилось. И уж тем более Ша Цяньмо не носил меч на поясе, потому что тот плохо сочетался с одеждой, а это не слишком красиво.

Вынимал меч он только ради одного слова – смерть!

Бай Цзыхуа с полным спокойствием внимательно смотрел на противника. На лице его не промелькнуло ни тени гнева, а в глазах тем более не отражалось никаких чувств. Облачен он был в простое, чисто-белое, без единого пятнышка, чанпао. Черные, словно грозовой ливень, волосы бессмертного ниспадали на плечи. Несмотря на ветер, шелковистые, будто вода, они струились подобно атласу, совершенно не растрепавшись. Только в последние дни больше некому было укладывать ему эти три тысячи нитей черного шелка.

В манерах и внешнем виде Бай Цзыхуа чувствовалось недосягаемое величие. Такую красоту можно описать лишь одним словом – божественная. Даже бросить на него мимолетный взгляд казалось кощунством.