Книга По ту сторону тени, страница 287 – Каролина Роннефельдт

Святые пустотелые трюфели Холмогорья! Какое счастье, что она не выстрелила из арбалета! Меткая Гортензия в последний миг опустила оружие, как только те, в кого она целилась, сбросили маски. Рыжий Райцкер привел ее прямо к Моттифордам.

— Прочь, Тоби! Во имя черных мухоморов, фу, я кому говорю?! – услышала Гортензия голос хозяина Краппа.

Она не верила своим глазам и ушам, хотя из-под темной маски волка и впрямь показалось столь знакомое решительное лицо Гизила. Приблизившись к скале, на которой шипел Райцкер, Моттифорд призвал пса к порядку.

— Прочь, Тоби! Если я не ошибаюсь, этот рыжик – не призрачный монстр, а кот старого Пфиффера, – объяснил Гизил Моттифорд своему любимому терьеру, которого взял с собой в Страну теней.

Если здесь Гизил и Тоби, значит, и остальные Моттифорды где-то рядом, что подтвердили следующие слова Гизила.

— Раз уж Гриндель не взбеленился, то и тебе, Тоби, нападать не дело. Лучше порадуйся – и за нас, и за нашего рыжего приятеля наверху! Лаурих, присмотри за собаками, – приказал он егерю в маске медведя, – а я проверю, как там наша Гортензия на пони Винтер-Хелмлингов.

Сомнений не осталось. К своему удивлению, Гортензия бурно разрыдалась от облегчения, и то, что произошло дальше, показалось ей приятным сновидением, слишком хорошим, чтобы быть правдой. Нибелунг тоже заметно успокоился. Гизил взял пони за недоуздок и ободряюще погладил по влажной морде.

— Все хорошо, – сказал он теплым голосом, внушающим доверие. – Как приятно встретить настоящих живых друзей в этом далеком краю – все равно что вернуться домой, в знакомую конюшню, правда, мой мальчик?

Пони одобрительно фыркнул и чуть повернулся, чтобы Гизил мог помочь всаднице выбраться из седла. Гортензия твердо встала на ноги и тут же прижалась лбом к плечу давнего друга семьи.

— Гортензия, – нежно обратился к ней Гизил, – кто еще, кроме отважной дамы Самтфус-Кремплинг, в силах выпрыгнуть из тумана на серебристом пони из Фишбурга в таком странном месте – совсем как воин Дикой Охоты, но, к счастью, отнюдь не призрачный.

— Елки-поганки, а я уж подумала, что это вы нежить, и чуть было не подстрелила, – проворчала в ответ Гортензия.

— О нет, ты бы никогда этого не сделала! – Гизил отмахнулся от этого абсурдного, по его мнению, предположения с такой живостью, что Гортензия тут же мысленно перенеслась в родное Холмогорье. – Хотя держалась ты очень решительно. Но бояться тебя должны не мы, а всякая нежить, чудовища да призраки. Так я сказал моим ребятам, и они мне поверили.

Только теперь Гортензия заметила, что остальные его спутники собрались вокруг, но держатся на расстоянии. Разъяренные животные притихли, в чем уже успел убедиться Лаурих Сток. Стоявший рядом с ним огромный волкодав Гриндель казался чудищем из иного мира, а между его лапами с обычным невинным выражением на морде устроился Тоби, непобедимый терьер Гизила Моттифорда.

Рядом с егерем стояла еще одна особа, заметно стройнее остальных. Она сняла со скалы рыжего Райцкера, держа в другой руке темную маску совы. Бледное лицо Эмблы казалось еще белее, а счастливая улыбка, с которой на нее смотрел отец, сияла ярче солнца.

— Как приятно снова видеть тебя, Гортензия, – сказала девушка из Краппа. – Все встало на свои места с помощью хульдов, как и обещала госпожа Холле.