Книга Поваренная книга для загробной жизни, страница 6 – Дестон Дж. Манден

Кем был Разгайф? Простой вопрос задел орка за живое. Он знал Разгайфа по своим воспоминаниям, примерно как старого знакомого, с которым встречался когда-то – очень давно. Роттгор размышлял над этим вопросом, пока они шли по населенным призраками коридорам Некрополиса. В разговоре повисла пауза. Леди Шелка и Когтей пригласила своих друзей в ближний круг, и для Роттгора было честью оказаться среди них. «Она так напирает, потому что ей не все равно». Роттгор прикусил истерзанную нижнюю губу. «Она, конечно, права, я растрачиваю свою… смерть впустую». Он прорычал под нос крепкое оркское ругательство и тут же понял, что уже давно не говорил на родном языке. Леди Клео сделала вид, что пребывает в блаженном неведении.

Они добрались до тронного зала Цитадели Пустоши – огромного помещения, где высился Алый трон. Вдоль стен выстроились колдуны и некроманты. Ради учебы в Некрополисе они приходили даже из самых дальних уголков мира, и многие из них поступали на службу к Трем Шепчущим – советам трех крупнейших политических сил города. Леди Клео любезно приветствовала всех, хотя некоторые были явно ей не рады. Зал, казалось, бесконечно тянулся вверх и в стороны, в углах клубилась тьма. Витражи с красными, фиолетовыми и черными узорами пропускали совсем немного света в царство мертвых. Длинный ковер вел к ступеням из черного мрамора, на каждой из которых стояли стулья для членов совета, разделенные длинными полотнищами с их гербами.

Леди Клео шагала вперед, раздвигая занавес за занавесом, мимо выставленных на всеобщее обозрение резных черепов Короля Червей, его жены и генералов, которые теперь служили некромантскими ночниками для детей хороших людей. Достойный конец для Короля Червей – превратиться в бездушный предмет интерьера, все еще скалящий сломанные зубы – подарок от Роттгора. «Он мертв, а я жив… в каком-то смысле». Эта мысль часто приходила ему в голову, но сегодня прозвучала как-то иначе. «Что, если я откажусь от того, для чего он меня создал? Служить. Склоняться. Крушить». Проклятые слова мертвеца до сих пор не давали ему покоя. «Твоя воля принадлежит мне». Больше нет. Роттгор задумался, не для того ли Клео привела его сюда, чтобы яснее донести свою мысль и заставить взглянуть в лицо прошлому – после стольких лет, в течение которых он избегал любых упоминаний о нем. «Я свободен». Оставив черепа позади, они наконец добрались до вершины лестницы.

Алый трон, на котором дремал дед леди Клео, сам по себе служил мрачным предостережением для всех, кто замышлял зло. Кости Короля Червей, почерневшие от рук знаменитых некромантов, опалили святым огнем и посыпали солью, а душу и силу изгнали. С тела содрали то, что осталось от плоти, и высушили, превратив в красную кожу. Из сломанных локтей выросли вечнозеленые гвоздики, а землю усеяли алые и темно-фиолетовые лепестки. Леди Клео обошла трон и постучала по сапфировому камню души на спинке, пробуждая своего дедушку.

Герцог Джеймис Вороний Шелк, лич Красных Астр, спросонья взмыл к потолку, а затем снова опустился на место. Это был крупный призрачный мужчина, буквально одни кости под оболочкой из бледно-алого огня души. Его золотой череп, некогда роскошные одежды и обрывки магии поддерживались цепями и старыми доспехами, которые придавали ему вид опасного колдуна. По правде говоря, он был одним из самых снисходительных правителей, с которыми Роттгор когда-либо общался. Герцог согласился посидеть на троне только до тех пор, пока леди Клео не достигнет совершеннолетия и не заявит на него права. Он поступал так с каждым из своих детей, но все они отказывались. Герцог был обречен править до тех пор, пока не объявится тот, кто захочет занять трон – сколько бы времени это ни заняло. К счастью, претендент нашелся в лице его внучки, леди Клео.