Книга Игра Льора, страница 43 – Мария Токарева

Раджед не знал, зачем показал частицу истинного образа своего мира Софии. Будто бы она могла понять эту боль, глупая девочка, смешная гостья. Будто бы под силу ей постичь, как ожесточилось сердце, как извелась душа, что покрылась бронированным саркофагом от пролитой крови. Нет, она не понимала, как тяжело погрязнуть в бесконечной войне на грани конца света.

Нармо Геолирт в последнее время теснил, наступал, захватывал все больше территорий. За прошедшие годы он поглотил земли иных льоров. Часть более слабых правителей пала от его руки, другая присоединилась к его армии, и с течением времени они тоже ушли в небытие, проиграв в битвах с Раджедом.

За бесконечной войной чародеев забывалась чума окаменения, все быстрее поглощавшая леса и реки, зверей и птиц. А вскоре и людей. Сначала на «ячед» никто не обращал внимания, но спустя время обрастать пустой породой начали и наиболее слабые льоры. Руины их башен были раскиданы от северного до южного побережья материка, за который уже многие годы боролись Нармо и Раджед, желая заполучить все пространство. Чародей кровавой яшмы расширил свои владения от Ледяного моря до Янтарного, потеснив противника.

Лишь вдоль побережья Зеленого моря уцелели два потомка древних фамилий, которые еще держали свои границы, защищенные горным хребтом. Хотя каждый льор обладал порталом, что мог перенести его в любую точку своих владений и чужих, если приглашали или удавалось сломать магическую защиту. Чаще – второе. И только Раджед Икцинтус таил в своей башне портал другого мира, точно насмехался над всеми противниками, используя его не по назначению.

— Почему ты это делаешь? – донесся голос Сумеречного Эльфа, сонно расположившегося на каменной скамье возле парапета. Подле нее угасавшей красотой все еще теплился свет алых роз, оплетенных серебряной паутиной. Лишь видимость всего: ни настоящих пауков, ни свежих лепестков. Всё лишь магия.

Воспоминания плыли мутной гладью туч, все о тех годах, когда не обратились в пепел мечты. Когда еще не коснулась война проклятых королей. А потом подхватил водоворот, все потонуло в бесконечных интригах, планах, нападениях, коалициях… Но вот их осталось только семеро, отгородившихся друг от друга после бесконечных побоищ. Только семеро, обреченных на исчезновение.

Быть или не быть – ответ на этот вопрос от них уже не зависел. И еще наблюдал за ними Сумеречный Эльф, который наверняка обладал силой, чтобы остановить все это, рассеять туман в умах и излечить от каменной чумы. Но ничего не делал. Дружба с ним когда-то казалась благом, а теперь стала лишь привычкой и нежеланием ссориться с сильным союзником. Союзником ли? Ленивой скучающей тенью, отражением безымянного страха. Каждое его слово ныне вызывало раздражение, как от укола шипов, хитро спрятанных под бутоном.

— Что именно? – вздрогнул Раджед, обернувшись.

— Зачем ты мучаешь именно ее? Ведь в ее мире и правда хватает других девушек, – буднично отозвался Сумеречный Эльф.

— Она сама виновата, что захотела мучиться.

— Это не ответ. Ты же все прекрасно понимаешь. Неужели ты стал таким жестоким?

— Может, и стал. Слишком много войн.

— Не верю, – покачал головой Сумеречный Эльф, устало потирая глаза. Они застыли бездной, точно сотни миров поразили его видением. Иногда Раджеда живо интересовало, каково рассматривать в одновременность тысячи судеб, зная исход каждой. Сам он лишь задумчиво наблюдал за копошением ячеда в мире Земли, с удивлением однажды отметив, что в нем совсем нет чародеев с такой мощной магией. Лишь мелкие колдуны, скрывающиеся среди людского племени.