Книга Душа мира, страница 129 – Мария Токарева

«Если они смогут очнуться… если будут счастливы… я готова пожертвовать своим счастьем. Пусть оно разделится на всех, прольется дождем, прорастет травой… Если бы только», – ослепляли внезапными всполохами разрозненные мысли, пока основное внимание сосредоточивалось на очередной книге.

Вскоре вечер вступил в свои права. Раджед пару раз стремился позвать ее отобедать, однако Софья ограничилась только гроздьями винограда и чудесными алыми яблоками. Теперь-то она не опасалась, что их сладкий сок погрузит ее в пьяный дурман. О нет, разум работал на пределе. Песня жемчуга подстегивала еще больше. В мире Земли мистический транслятор улавливал голоса тех, кому никак не удалось бы помочь. Здесь же артефакт принимал потаенные импульсы своего мира. Внимание людским скорбям нашло цель и смысл. И все же… Земля… Кто спас бы Землю? Видно, не она. У каждого свой долг написан на роду. Да и нельзя спасти всех и разом без их воли. За это расплачивался единственный уцелевший неудавшийся Страж. А Эйлис погрузился в чуму окаменения не по воле многострадальных людей-ячеда.

«Если бы спасти и Землю… если бы! – вздыхала Софья. – Но, видимо, нельзя, чтобы все были сразу счастливыми, без свободной воли и испытаний. Как же спасти разом всю Землю, если ее судьбу выковывают несколько миллиардов таких же свободных выбирать, как и я?»

Эйлис же словно намеренно погрузил себя в анабиоз, не выдержав вопиющей жестокости вечной войны льоров.

— Все. Теперь точно все подтверждается! – воскликнула Софья, прерывисто дыша от волнения. Раджед даже подскочил с софы, на которой удобно расположился вместе с книгой по истории Эйлиса. Для него среди закорючек и иероглифов не обнаруживалось уже ничего нового.

— Не поделишься со мной? – спросил льор, приближаясь к Софье. Она нервно водила пальцем по найденным строчкам.

— Поделюсь, – кивнула она. – Из книг Сарнибу я узнала, что льоры не были изначально почти бессмертными.

Раджед недоверчиво помотал головой. На миг в нем вновь возникла неприятная покровительственная манера, свойственная более опытным в том или ином деле людям. Софья слегка поморщилась, хотя неприятный мираж быстро растаял.

— Ты хочешь сказать, что льоры были… – недоуменно протянул Раджед, сжимая кулаки и инстинктивно прикасаясь к амулету. Этот жест всегда сопровождал его в минуты величайших потрясений, словно в родовой реликвии он искал неизменную защиту. И правда, что может быть надежнее, чем мудрость предков? Однако бойкое заявление Софьи неизгладимо поразило его, когда чародей в полной мере уловил ход мыслей своей юной помощницы. Казалось, они вместе распутывали гигантский клубок загадок и заговоров. И вот из него выпала окровавленная уродливая нить под названием «фальсификация истории». О! Раджед не верил, ему требовалась в тот момент поддержка. Он нервозно склонился над книгой, стиснув ладонь Софьи.

— Ты хочешь сказать, что… – повторял и повторял чародей.

— Да, льоры были обычными людьми! – выпалила Софья, собирая в связный рассказ разрозненные сведения: – В очень древние времена – восемь тысяч лет назад – они… вы… они были обычными людьми, которые услышали пение самоцветов.

— Но как же? Ведь пение самоцветов – это дар избранных. Так везде написано! – встрепенулся Раджед, вскочив с места, лохматя гриву волос и часто моргая, словно желая пробудиться от не слишком здорового сна.