Книга Голод Рехи, страница 123 – Мария Токарева

— На ящере со мной.

— И… зачем?

— Прикрывать спину. И управлять линиями мира.

Снова его настигла недобрая участь Стража Мира, снова от него требовали превратиться в того, кем он не являлся. Рехи только закатил глаза, недовольно присвистнув:

— Ну, опять… Ларт! Я же сто раз говорил! Я не знаю, как это работает.

— Ты научился считать до ста? Надо же! Не сто, а всего один, когда я тебя топил, – услужливо напомнил Ларт, ткнув пальцем в лоб, словно уличая в плохой памяти. Да, до ста, пожалуй, не научился, просто повторял выражение, услышанное от старого адмирала. Снова его выставляли шутом.

— Да к ящерам, сколько раз я говорил! – вывернулся Рехи. Ему не нравились прикосновения этих пальцев, чудилось, что они проникают прямо в мозг.

— Я уверен: если снова кинуть тебя в гущу сражения, найдется верный способ. Ты смышленый, отражение мое.

Ларт с силой хлопнул по плечу, будто по-дружески, но Рехи только яростно жевал изнутри губы, ноздри его раздувались. За такие слова хотелось как следует раскрасить синяками вечно ухмыляющуюся рожу Ларта. Но пришлось лишь смиренно спросить:

— И когда же сражение?

— А вот это мы спросим у нашего «друга». Людоеды готовят новый поход с осадой, но мы обойдем их по хребту и зайдем с тыла. Думаю, встреча случится у мертвого леса.

Рехи напрягся, вслушиваясь в новую информацию. А ее для неприспособленного мозга в последнее время оказывалось слишком много. Заговор наслаивался на грядущую битву, о которой предстояло еще у кого-то узнать.

— Что еще за «друг» и что еще за лес?

— Целый лес мертвых деревьев, а ты не видел таких? Люди там поселились, потому что удобно жечь костры. Вот они точно слабоумные, раз не думают, что будет, когда древесина совсем закончится. Но этого не случится: мы там будем раньше. Пойдем, я покажу тебе «друга» и даже позволю пообщаться с ним.

Рехи со смутными подозрениями отправился следом за Лартом, сначала посчитав, что его ведут в кузницу. Но предводитель резко повернул в сторону своего шатра. Перед входом Ларт поинтересовался с крайне довольной ухмылкой:

— Скажи мне, отражение, случалось ли тебе раньше допрашивать кого-то?

— Н-нет, – встрепенулся Рехи. Само слово показалось ему знакомым, отдаленно напоминало «расспрашивать». Расспрашивал он обычно стариков, даже если не признавался в этом и всячески отрицал глупые россказни. Но «до-прашивать» звучало – особенно из уст Ларта – зловеще.

— А о пытках имеешь представление? – с ноткой разочарования приподнял белые брови предводитель, отдергивая шкуру.

— Имею, но сам не пробовал, – твердо ответил Рехи. – Я просто охотился для утоления голода.

Он смутно догадывался, что его ждет. Ларт снова играл с ним, ему нравилось испытывать своего эльфа. Рехи все больше чудилось, что его тянут за руки и за ноги в разные стороны – предводитель полукровок и древний семаргл. Но конечная цель обоих – использовать как орудие в своих планах.

— И что же? Никогда не хотелось подольше помучить жертву? – испытующе узнавал Ларт.

— Как тебе своего отца? – поддел его Рехи, обрывая: – Нет, ни разу.

«После знакомства с тобой, Ларт, я понял, что в моей деревне у меня еще была хорошая жизнь», – отметил про себя Рехи. Чем дальше уходил образ родного поселения, тем более прекрасным он казался. Те простые дни честной – или не совсем – охоты теперь наполнялись для Рехи необъяснимым очарованием. Несмотря на сытую жизнь среди полукровок, он уже долгое время не мог отмыться от просочившегося под кожу запаха тлена и разложения. Казалось, потихоньку протухал он сам.