Книга Сумеречный Эльф, страница 4 – Мария Токарева

Приспешники короля оскалили отвратительные клыки, достали мечи. Сумеречный криво улыбнулся, выказывая явное превосходство, при этом взгляд его оставался параллельным реальности. Печальный вздох словно превратился в вихрь, уносящий все излишние слова и образы, стираемые неумолимым молотом временем. Через секунду предутреннюю кровавую гладь небесного океана прорезал угольной силуэт крупной птицы, ворона…

Комментарий к Черная зебра

Вот такой он, мой герой. Да, именно такой и есть Сумеречный Эльф. Здесь показана, пожалуй, его “темная фаза”, может быть, не самая еще темная. Тут он еще не совсем с катушек слетел. Вообще-то это что-то вроде пролога-разъяснения к моему ориджу-макси.

========== Тайна Тринадцати Проклятых ==========

Комментарий к Тайна Тринадцати Проклятых

Возможны спойлеры к романам, так как затрагивает прошлое Сумеречного Эльфа, которое он сам не знает и суть эксперимента, который и послужил источником его силы.

Этот рассказ является предысторией всех событий, которые касаются Сумеречного Эльфа, что в романах, что в фанфиках. И, естественно, он происходит раньше, чем “Черная Зебра”. Разговор семарглов, который выделен курсивом - это настоящее. Остальное затрагивает события древности.

Сумеречный Эльф уже две с половиной тысячи лет не помнил своего прошлого и имени, данного при рождении. Все записи ленты памяти обрывались на дате шестнадцать лет. Ни лица родителей, ни тайна происхождения не вспоминались, похороненные где-то на самом дне подсознания. Зато семаргл Митрий знал судьбу каждого так же, как и все первые Семарглы, вестники надежды, хранители равновесия Вселенной.

— Мы… вестники надежды. Но на что надеялись мы в тот раз? — вздыхал Митрий, плывя бестелесной тенью среди миллиардов световых лет Вселенной. — Цена наших ошибок слишком высока.

— Не обвиняй только себя, брат, — отвечал ему другой Древний, скользя рядом таким же сияющим облаком. — Они ведь сами так решили. Они просто люди.

— Они такие же люди, как и мы: существа, наделенные душой и свободой воли, — тряхнул головой Митрий, взирая на переливающиеся спирали и облака далеких Галактик. Повсюду, из каждого уголка слышалось пение жизни, множество миров требовали защиты. — И если мы допустили такой исход, то нам вечно нести это бремя.

— Нам, но за что он несет?

— Это был его выбор. Может, более осмысленный, чем у всех остальных.

Древние, вечно скорбящие, но не имевшие право вмешиваться в человеческие судьбы, они перемещались из мира в мир, от планеты к планете, зачастую предотвращая их уничтожение. А разрушали их не простые чудовища, а те, что теснились в душах каждого: Страх, Гнев, Отчаяние и бессмысленная Злоба. В незапамятные времена они соткались в четверых опаснейших существ, обрели как будто человеческий разум — хитрейший, подлейший — но никак не душу.

С тех пор зло бесцеремонно врывалось в ткань мироздания, путало нити, ломая станки, множилось и росло. В одном из миров оно обрело материальную форму, приняло облик жестокого правителя — Короля Злого, чье истинное имя не произносили вслух, дабы не кликать бедствия.

Семарглы сдерживали его приспешников, таких же существ, что лишь для виду надели оболочку людей. Однако же остановить армии созданий, примкнувших к королевству Южной Тьмы, вестники надежды не имели права. Свобода выбора — это и есть суть человека. Только выбор многих, кто поддержал Тьму, преумножал вечную скорбь Древних.