Книга Белый Дракон, страница 257 – Мария Токарева

— Но ты же знал, что Белым Драконом становится тот, кто всех потеряет!

— Я бы мог инсценировать ее смерть.

— А сейчас? Может, ты и сейчас лжешь, прячешь ее!

— Нет! Нет! Как бы я хотел солгать в этом…

И Змей заплакал. Змей, этот жуткий монстр, разрушитель миров. Он плакал, как любящий отец, лишившийся единственной дочери. Выходило, что он вовсе не желал, чтобы изувеченная Джолин скиталась по ночным улицам в образе Вестника Змея, не помня причиненных разрушений. Ей отводилась куда более скромная и простая роль – соблазнить Джоэла, привязать его к себе и к древнему асуру, даже если она об этом не догадывалась. Так или иначе, они были связаны самой судьбой. И вот он лишился своей судьбы, получив взамен только необъяснимую великую силу.

— Нет. Смирись, Джоэл. Сверхлюди существуют, а вот чудеса – нет, – тихо простонал Змей, полностью признавая свое поражение. – И все же за что ты превратил меня в человека? Зачем? Лучше бы убил…

Джоэл после победы и сам уже несколько раз пожелал тихой смерти, чтобы не испытывать целую вечность боль горькой утраты. Но никто не дал ему такой милости, значит, и Змей не заслужил.

— Чтобы ты понял, кого уничтожал. Чтобы ты чувствовал как человек. Верни все как было! – потребовал Джоэл, угрожающе царапая когтями стену.

— Не смогу. Уже никогда. Я раздавлен собственной жадностью. Я стар. Я слишком древний, чтобы что-то делать. Когда я появился… Не помню, – впадая в оцепенение, ответил Змей. – Меня победил темный асур Раат Шаатир. Тогда я закрылся в черной дыре, тогда я создал ее. Или не тогда… Я не помню. И Джолин… Джолин! Как же я устал. Я слишком стар и слишком устал.

— Тогда спи. Спи целую вечность. И охраняй всех. Как Змей Йормунганд, – повелел Страж Вселенной, проводя над головой Змея рукой и развязывая его руки. – Сохраняй баланс в своих мирах, раз для них нет иного спасения.

И древний асур тихо заснул, сидя за столом возле клетки с дремлющим попугаем в окружении сотни опасных артефактов, замер в антикварной лавке, которая затерялась в сплетениях черно-белых линий, когда Джоэл покинул ее вместе со Стражем Вселенной.

Они воспарили над городом, возвращаясь в обычный мир, становясь видимыми для всех. Белый Дракон и Каменный Ворон летели над застывшим Вермело, который впервые узрел настоящее солнце.

Стена начала стремительно разрушаться. Похоже, ее искромсало сражение великих сущностей. Теперь она открывала заслоны тайны. И люди увидели мир за пределами их темницы.

Далекий горизонт подсвечивали многоцветные картины лесов и лугов, недалеко от города гулко катило пенные валы чистое зеленовато-синее море. Мир за стеной, которого они так боялись, дышал жизнью, в нем гуляли неведомые звери, разумные и непознанные, пели птицы, порхали насекомые. То, что изменил Хаос, не погибло, не умерло навечно, не рассыпалось прахом, а лишь обрело новую форму бытия. И вот Вермело прозрел, многие его жители взобрались на обломки стены, чтобы посмотреть, куда пропал Змей, что теперь случилось с ними, чего ждать.

«Так вот каков твой мир, Вен Даррен. Красивый… Очень красивый без Змея. Ли и Джолин понравилось бы… Ли, Джолин!» – думал Джоэл, рея над Вермело в образе Белого Дракона, сотканного из светящихся линий, извиваясь вытянутым телом. Он приветствовал свой город живым символом надежды, повелевая прекратить вражду и рознь. И люди слушались: утихало громыхание пушек, опускались луки и пращи, мечи возвращались в ножны.