Книга Разрушитель, страница 46 – Мария Токарева

Были построены сложнейшие математические модели и просчитаны все вероятности. Двенадцать – столько показалось достаточно для масштабов проекта, исходя из знаний о населенных мирах, с учетом возможностей будущих Стражей Вселенной. И вскоре семарглы нашли добровольцев. С разных планет, богатые и нищие, старые и молодые, они показались самыми достойными, потому что услышали «зов» сквозь белые линии.

— Возможно, это я слишком тщательно проверяла кандидатов, – посетовала Агнесс. – И надо было действовать быстрее!

— Да… Мы и не заметили, как Бенаам был окончательно захвачен, – горестно вторил Джи-Джи. – Скитались по мирам, искали оружие, пока… пока светлых эльфов превращали в вампиров. Пока у Нираша разрасталась армия Воронов.

— Возможно, эксперимент и правда затянулся, – протянула Агнесс. – Может, создай мы Стражей чуть раньше…

— Да-да, но это не отменило бы безумие Стражей, – безрадостно добавил Джи-Джи.

— Зло без добра невозможно. Зато добро без зла – это и есть основа мироздания. С этого все начиналось. Ведь для здоровья не нужна болезнь, а для любви ненависть, – уверенно сказала Агнесс. – Может, именно этого не понимали те двенадцать? Где мы ошиблись? Что укрылось от нас?

— Ничего. Эта сила была не для нашего уровня понимания – вот и все.

Стражи Вселенной, имеющие мощь останавливать армии, переделывать континенты, сметать любое зло до его зарождения в сердцах людей, бессмертные и неуязвимые – великий проект почти всесильных созданий. За этим могуществом Митрий обратился в те эмпиреи, что запретны при жизни, да и после смерти, для всех, кто ниже Творца. Семарглы были уверены, что совершают великое благо. Но оказалось, что создали монстров. Антибогов.

— Это… Это я решила, что можно взять Тринадцатого, – сдавленно выдохнула Агнесс, сиротливо прижимая ладони к груди. – Может, в этом все дело?! Может, мы нарушили круг двенадцати?

— Не думаю. Твоей вины здесь нет. Скорее всего, Митрий не хотел его брать, потому что он был из темных эльфов. Из нашего родного мира.

— Но ты разве не видишь, что Эльф творит?

— Но он один уцелел! Возможно, лучший Страж. Если бы не тьма в нем. Сколько блага приносит, столько же и боли – он не Страж, он… сумрак.

— Знать бы, откуда в нем эта тьма…

Только Митрий знал судьбу Сумеречного Эльфа с самого рождения. Но как будто скрыл что-то. Что-то очень важное. Что-то, о чем не догадывались ни Агнесс, ни Джи-Джи. Но то, что они знали о прошлом Тринадцатого, по сей день заставляло сердце тоскливо сжиматься.

* * *

Бенаам, 500 год до н. э.

Все началось в империи Раата Шаатира под покровом кровавого неба в окружении темных лесов, где деревья тянули нагие ветви, как крючковатые пальцы. На горе высился уродливым нагромождением камней замок даймё. Вокруг него расстилались рисовые поля и утлые хибары несчастных крестьян – порабощенных людей, кровь которых пили темные эльфы-самураи.

Замок давил и пугал всем, что происходило в его стенах. Прочь от него бежал худенький мальчишка-подросток, не замечая, как ветки царапают его бледное лицо. Внутри все горело огнем бессильной ярости, от которой он хотел кричать, но опасался привлекать внимание.

В ту ночь случилось непоправимое: отец-даймё убил мать.

Один удар в висок перчатки пластинчатого доспеха – мать, несчастная рабыня, тихо ахнула, заслонившись руками, и тело ее обмякло. Взгляд синих глаз померк навек.