Книга Разрушитель, страница 142 – Мария Токарева

— Смотрите по сторонам, милая леди, – раздался знакомый бархатистый голос. Рядом с ней, сбив врага, возник Алистер. Его серые крылья, казалось, стали гигантскими, сравнимыми с крыльями Белого Дракона.

— Группа Воронов с юга заходят на твой левый фланг, – сквозь зубы бросила Агнесс, отстреливаясь белыми иглами от нового звена врагов.

— Вижу, – коротко отозвался Алистер. – Мои займут. «Когти», высота семьдесят, перехват!

С земли и из-за обломков взмыли несколько Воронов-отступников. Они с убийственной эффективностью врезались в указанную группу, смешав вражеский строй.

Агнесс почувствовала, как ослабело давление. Она и Алистер, не сговариваясь, в воздухе почти прижались друг к другу, образуя живую крепость из линий.

— Двое сверху, пикируют, – предупредил он, и она не глядя подняла щит из белых линий как раз в тот момент, когда на него обрушились черные молнии.

— Спасибо, – крикнула Агнесс, в тот же миг увидев, как сбоку к Алистеру подбирается очередная тварь. – Слева, низко!

Алистер, не оборачиваясь, резким взмахом крыла создал вихрь из серых перьев, которые впились во врага, как стальные стрелы. Белые и серые крылья перемещались в идеальной синхронности, словно они, давние противники, сражались вместе всю жизнь.

Вдруг массивный обломок здания, вырванный с корнем чьим-то заклинанием, с ревом обрушился на группу землян. Агнесс на мгновение застыла, понимая, что не успеет.

— «Тень», барьер! – рявкнул Алистер.

И тогда Афобий, который слаженно бился рядом с семарглом Адрианом, ринулся вниз, раскинув крылья. Черные линии сплелись в упругую полусферу, приняв на себя удар обломка. Камень разлетелся в пыль, а Ворон, тяжело дыша, отступил. Адриан прикрыл его собой. Черные и белые линии сплелись в непробиваемый щит.

«Мы едины! Все едины! Может, для того и явился Разрушитель? Чтобы показать нам, как мы можем сражаться все вместе, – мимолетно подумала Агнесс, и догадка разожгла в сердце почти истлевшую искру надежды. – Он пришел, чтобы прекратить войну с Бенаамом! Но пока не знает об этом. Хотя… Странно! Я чувствую новое возмущение в линиях. Куда еще дальше?! Это идет… из Бенаама? Что там происходит?»

28.5

Сознание Митрия разрывалось на части. Он видел, как по рядам семарглов и темных эльфов Бенаама прокатилась волна смятения. Даже здесь, в Измерении, он ощутил отзвуки далекого взрыва – не физического, а социального. Революция. «Союз освобождения». Его творение, мир-тюрьма, рушилась без него. И это очевидное падение темной империи отозвалось в нем горьким удовлетворением.

Но дикой горечью пронзало сознание: он не успел, не спас Раата, позволил Лорду Нирашу сделать древнего асура батарейкой. Древнего асура, как оказалось, такого слабого и испуганного… Не желающего всех этих войн и боли. А он желал, Митрий желал! Если позволил этому дню настать, если с его подачи появился Разрушитель Вселенной, с которыми не могли справиться ни семарглы, ни Лорд Нираш, ни Белый Дракон – никто.

Митрий уже и не пытался. Он оказался зажат в своем персональном аду между пустотой и слабой надеждой. Не на спасение, а на искупление.

Его крылья, то белые, то черные, вились по воздуху, словно окровавленные знамена. Он видел Агнесс и Джи-Джи, сражающихся не по уставу, а по зову сердца. Видел, как Одио, его вечное напоминание о жестокости, билась плечом к плечу с теми, кого он когда-то предал.