Книга Разрушитель, страница 139 – Мария Токарева

— Раат! Раат, я должен вытащить тебя… – истошно кричал Митрий, казалось, стремясь теперь раскаяться за давнее бездействие, приведшее к трагедии Бенаама.

И длился мучительной пыткой танец разрушения, битва без будущего, симфония распада…

28.3

Эленор едва успевала парировать удары клинков темных эльфов и скрываться от града выстрелов. Рядом с ней сражалась Лика, и их обеих, отрезанных от группы своих, несколько раз неведомым образом прикрыли ледяные стены Озимого. Эленор не знала, как теперь относиться к этому мерзкому типу, но в пылу битвы за Измерение не осталось различий. Они все назывались одним словом – земляне. И восставшие силы Бенаама. Единые.

Но это чувство единства не помогало сломить сопротивление темных эльфов. Они наползали лавиной, и казалось, что ненадежное укрытие в одном из разрушенных домов Вермело уже не спасет: враги без перерыва долбили из пулемета. Снаряды из чистой тьмы аннигилировали стены, заставляя отступать. Собственных щитов белых линий не хватало.

«Это конец!» – едва не подумала Эленор, но неожиданно рядом с ней, словно из-под земли, выросла коренастая фигура в потрепанной кожанке. Какой-то лохматый человек в металлических очках выпрыгнул из очередного неучтенного портала. Воздух вокруг этой фигуры резко запах гарью, дешевым виски, немытым телом и чистым безрассудством.

— Ух, ну что, землячки, скучали? – прохрипел он и с размаху снес голову пулеметчику белой линией. – Пошла заруба! Кровавая мясорубка!

Враги в ответ тут же изрешетили его пулями, но, казалось, он даже не заметил, разве что обиженно поморщился и кинулся вперед, уничтожая зарядом магии не меньше десятка противников. При этом он бешено хохотал, точно пришел на вечеринку.

Потом он запрокинул голову и посмотрел на небо, где бушевали титаны, и остановился на клубящейся туче тьмы.

— Сто якорей мне в глотку, это там Сумеречный Эльф?! Вот это его перекосило!

— Ты кто?! – Лика, перезаряжая раскаленный пистолет, с изумлением уставилась на новоприбывшего.

— Напалма вам в зад, меня никто не знает?! – возмутился странный тип, двумя белыми «кнутами» срезав сразу пять врагов, полезших на позиции Ордена. – Я Страж Мира, Страж Земли! Да, я мотался по разным мирам, да, я алкоголик-дебошир, но я же пришел! И чую – это последняя битва за эту планету! Для нее меня и создали! Короче, я – Медоед!

Имя всплыло в памяти Эленор из старых разговоров с Сумеречным Эльфом. Точно, Медоед! Неудавшийся, заблудший Страж, чью силу исказила тьма миров, по которым он бесцельно шатался. Но теперь он сражался за Землю, и белые линии слушались его. Его мощь превосходила возможности всех магов Земли, вместе взятых. И даже чародеев Эйлиса, которые сражались среди обломков и в облаках, обманывая противников чередой иллюзий, выстраивая барьеры теней и хитрые узоры атакующих заклинаний.

Медоед же был чистой неотесанной силой. В его руках белые линии превращались в хлысты и пули. Он явился грозой, смерчем, ураганом, но… он такой оказался один. Один, его силы – одинокие и обреченные – все равно были каплей в море по сравнению с тем, что творилось в небесах.

И все же Медоед появился вовремя. Именно в тот момент, когда один из отростков тьмы, тянущихся от Разрушителя, обрушился на землю. Не целясь, просто сметая все на своем пути, он пронзил небо и снес несколько кварталов призрачного Вермело. Багровая молния, несущая абсолютное уничтожение, выжгла с десяток колонн темных эльфов, превратив их в пепел, и продолжила свой путь – прямиком к тому месту, где сражались Эленор и Лика.