Книга Песнь Таргитая. Гойда, страница 84 – Юрий Молчан

Дышать все труднее, перед глазами начало темнеть. Правой рукой нашарил в траве рукоять кинжала, схватил. Вложив последние угасающие силы, нанес удар. Горло тут же отпустило. Он торопливо вдохнул, и ударил снова, с трудом различая, куда бьет. Однако сумел сбросить врага, затем в ярости еще несколько раз ударил кинжалом. Когда дыхание восстановилось и мир перестал расплываться перед глазами, тцар увидел, что бьет кинжалом в окровавленную голову неподвижно лежащегочеловека.

— Ко мне! - крикнул он что было мочи. - Сюда! Измена!!

Послышались крики, топот бегущих ног. Из-за деревьев показались бегущие стражники, лица хмуры и сосредоточены, взгляды обшаривают кусты и деревья вокруг. В руках обнаженные мечи.

— Ко мне! - снова крикнул Яросвет, переводя дыхание.

— Ваше Величество! - крикнул один из воинов, оглядывая взъерошенного тцара с помятым кафтаном и плащом, с застрявшими в волосах травинками. - Вы целы?!

— Обыскать сад и дворец сверху донизу!! - велел Яросвет хрипло. - В саду два трупа, но если поймаете кого живым — на допрос в застенок! Оповестите меня!

— Слушаемся, Ваше Величество! - сказал десятник торопливо.

— Двое со мной! - велел тцар, потирая горло и убирая спасший жизнь кинжал в ножны на поясе. - Остальные — прочесать все! Каждый угол!

Сопровождаемый воинами, твердой поступью тцар вернулся в свои покои, пересекая анфилады залов, проходя по длинным коридорам и переходам, поднимаясь по лестницам. Дворец гудит, как растревоженный улей — навстречу пробегают небольшие отряды воинов по пять-шесть человек, распахивают каждую дверь, осматривают все палаты, комнаты, закутки. Горящие на стенах светильники отбрасывают от пробегающих воинов устрашающие изломанные тени.

Пол грохочет от топота воинских сапог, воздух звенит от выкриков, лязга доспехов, мечей. Редкие челядинцы шарахаются в стороны, беры торопливо уступают дорогу поднятой по тревоге дворцовой страже.

У входа в покои тцара четверо стражей вытянулись, стукнули тупыми концами копий в пол. Пришедшие с Яросветом воины остались с ними.

Он кивнул, обронил:

— Бдите!

За ним закрыли двери. Все еще прислушиваясь к чутью, облачился в кольчугу, сверху накинул панцирь, потом уже кафтан и плащ. На миг забыл, что уже фактически тцар, по воинской привычке схватил меч, умело повертел в ладони, сделал несколько пробных ударов. Лезвие трижды распороло воздух.

Чутье подсказывает: это больше, чем простая попытка устранения. Если враг проник во дворец, скорее всего, просто так не остановятся. А суета — иногда лучший способ для убийцы выполнить задачу. Вроде и все подняты по тревоге, но на самом деле воины рассредоточены по всему дворцу, в некоторых местах их присутствие минимальное, как раз то, что нужно в таких случаях.

Яросвет вспомнил, как в бытность воином сам иногда выполнял такие задания, устраняя высокопоставленных недругов. Теперь сам оказался в таком же положении. В ярости снова рубанул мечом по воздуху, глядя, как за окном в небе разливается кровавый закат, и солнце начинает набухать, наливаться бордовым, а небо полыхает расплавленным золотом.

Тцар принялся мерить шагами опочивальню. Меч убрал в ножны, но вспотевшая ладонь все равно сжимает рукоять. Он взял второй меч, бесцельно повертел в руках, наблюдая как лучи заката играют на остро заточенном клинке. Казалось, от оружия исходят волны успокоения, незримой, окутывающей силы.