Книга Песнь Таргитая. Гойда, страница 63 – Юрий Молчан

Сверч смерил его тяжелым взглядом.

— Да вы просто озверевшие гады, - сказал он глухо. - Что вы о себе возомнили? Лишь нелюди станут убивать невинных жителей, кто не поднимал против них оружие.

— Да кто вас знает, лживых куявов — может, вы сами их и убили, а на нас сваливаете, чтоб было в чем обвинить! С вас, подлых лжецов, станется! Ха-ха-ха! - нарочито громко расхохотался Кардог. Добавил: - Вот вы нас сейчас наверняка станете пытать да убивать! Я ж говорю — вы просто злобные животные! В вас давно не осталось искры Рода!! Свинотвари!

Сверч посмотрел на стоящих тут же артан, все скалят зубы, каждый выпятил грудь колесом.

— Отпустить пленных, - велел сотник хмуро, - кроме вот этого, - он указал на Кардога. Воевода изменился в лице, от лица отхлынула кровь. Он затравленно огляделся. - Но сначала — пометьте их родным клеймом. Пусть носят до конца жизни!! На память...

Куявы тащили к костру каждого из десятка оставшихся в живых артан по очереди. Пока трое его удерживали артанина, еще один куяв выжигал клеймо на лбу, щеках и груди. Потом — следующего. Теперь каждый из выживших в этой битве артан был помечен знаком родного тцарства — скрещенные топоры красовались на лицах и на груди, плотно впечатавшись в кожу. Затем им позволили уйти. Вскочив на коней, они в страхе помчались прочь, даже не обернувшись на оставшегося воеводу.

— Что будет со мной? - спросил Кардог быстро, скрывая мелькнувший в глазах страх. - Тоже заклеймите? Да кто бы сомневался! Ха-ха! Вы издеваетесь над пленными! Звери!

— Для тебя мы приготовили нечто особенное, - сообщил Сверч. - Раз уж ты говоришь, мы звери, то не обессудь.

По его знаку воины потащили Кардога к колу. В свете костра он блестит от жира, которым смазали. Четверо крепких куявов принялись с усилиями насаживать артанина на кол. Воздух огласился истошными криками и мольбами о быстрой смерти. Когда Кардога целиком натянули на кол, и он повис, смертельно бледный, свесив руки и понуро опустив голову, Сверч сказал:

— Просил быстрой смерти? Так и быть. Заслужил, доблестный артанский герой!

Он сделал жест дланью. К натянутому на кол артанину подошел воин и облил маслом из большого глиняного кувшина. Лицо Кардога исказил ужас. Руки его крупно тряслись. Воин вытащил из костра горящую палку и швырнул к колу. Дерево, вместе с полуживым артанином, вспыхнуло моментально. Куявы мрачно смотрели, как к небу поднимается черный дым с языками пламени, охватив неподвижно повисшее на бревне тело Кардога.

Паря среди усеянной огнями звезд черной пустоты, где мимо проносятся сияющие диковинные звери, Таргитай содрогнулся от пронзившей душу боли. Перед мысленным взором промелькнули сражающиеся в бою фигуры воинов, артан и куявов, люто убивающих друг друга, точно дикие лесные звери. Он узрел как артане рубят селян, поставив их на колени и связав за спиной руки. Как куявы бьются с артанами в чистом поле, топчут друг друга конями, пронзают сияющими на солнце клинками.

Закрыв глаза, шагнул вперед. А когда вновь открыл, оказался посреди пустынной улицы города. Со всех сторон темнеют сожженные дома, среди которых мелькают и целые, с выбитыми окнами, высаженными дверями. То здесь, то там на дороге, обочинах мертвые тела куявов. Доносится звонкое и мерзкое жужжание мух.