Книга Измена Верховного дракона. Хозяйка лавки магических зверей, страница 53 – Виолетта Вейл

Рейнар стоял у окна кухни и ждал, пока я допишу. Мы собирались проститься еще полчаса назад.

— Вы хотите, чтобы я поехал с вами? — спросил он.

— Нет.

Ответ вылетел резче, чем я хотела. Я положила перо.

— Прости. Мне нужно поговорить с ним самой.

Мы оба заметили, что я впервые без шутки сказала ему «ты». Рейнар улыбнулся едва заметно, но не воспользовался этим, чтобы увести разговор.

— Хорошо. Завтра вечером я буду в городе, привезу заказанную сбрую мастеру. Могу зайти.

— Зайди.

На прощание он поцеловал меня в висок. Я проводила его, поднялась обратно и еще раз посмотрела на запечатанный ответ. Потом отдала посыльному, прежде чем успела переписать в более покорных выражениях.

* * *

На следующий день я приехала к часу. В доме ничего не изменилось.

На лестнице по-прежнему стояла широкая ваза, которую я боялась задеть юбкой. В воздухе пахло полированным деревом и розмарином. У двери малой гостиной висел портрет бабки Дамиана; она смотрела поверх моей головы с прежним холодным терпением.

Служанка хотела принять накидку. Я отдала, потом машинально спросила, как ее больная мать. Девушка растерялась и ответила, что теперь лучше. Этот короткий обмен едва не оказался самым тяжелым за весь визит. Уходя из брака, я потеряла не только мужа, но и множество маленьких привычных связей, о которых в первые дни некогда было думать.

Дамиан ждал у окна. На нем был домашний темный камзол, без знака председателя. Волосы чуть отросли у висков. Он повернулся, и на мгновение я увидела человека, который когда-то приезжал за мной к магазину и нес тяжелую сумку так естественно, будто всю жизнь только этим и занимался.

— Элина.

— Здравствуй.

Он подошел, но я не протянула руку. Дамиан остановился и указал на кресло.

На столе стоял чай. И мои любимые медовые пирожные с кислой сливой.

Я ненавидела себя за то, что заметила их раньше конверта с бумагами.

— Ты похудела, — сказал он.

— Я пришла обсудить твое предложение.

— Сначала сядь. Не нужно разговаривать так, словно мы враги.

Я села. Он налил мне чай, положил ложку слева от чашки — помнил, как я привыкла. Три года брака не исчезли с прекращением записи в реестре. Мне хотелось, чтобы исчезли хотя бы на эти полчаса.

Дамиан не спешил. Спросил о доме, о ремонте, о том, справляюсь ли я одна. Я отвечала коротко, пока наконец не сказала:

— Ты написал, что можешь решить вопрос с жалобой.

Он поставил чайник.

— Я могу сделать так, чтобы ты больше не жила от одного неприятного письма до другого.

— Каким образом?

— Загородный дом по-прежнему свободен. Управляющий приведет комнаты в порядок за два дня. Ты любила там сад. Я обеспечу содержание, прислугу, все необходимое. Магазин можно снова сдать. Доход будет твоим, как прежде.

Я смотрела на маленькое пятнышко меда возле края тарелки.

— А жалоба?

— Когда ты прекратишь эти процедуры и перестанешь спорить с сетью, предмет конфликта исчезнет. Я поговорю с Селестой. Она разумная женщина.

Мое имя он произносил мягко. Ее — с привычным уважением к человеку, с которым можно договориться о делах.

— И что мне делать в загородном доме?

— Жить спокойно. Отдохнуть. Мы оба наговорили лишнего. Со временем можно будет решить остальное.

— Восстановить брак?

Он не сразу ответил. Потом кивнул.

— Я не исключаю такой возможности.