Книга Обрученная с призраком, страница 136 – Александра Глазкина

— Время и впрямь нелегкое, — согласилась я, отвечая на незаданный вопрос.

Мартон развернулся, склонился ко мне и зашептал тихо:

— Я готов подождать, если только я могу надеяться, что когда-нибудь…

И вдруг поцеловал меня. Легко коснулся губами губ. Замирая. Ожидая ответного шага.

Шаг — отодвинуться. Второй шаг — собраться с мыслями. Третий шаг — объяснить.

Но третий шаг я так и не сделала. Мартон заговорил сам.

— Я поторопился, Эми, прости. Но я действительно хочу помочь. Ты очень нравишься мне, и я хочу… Если только ты… Черт.

Он запустил пятерню в волосы и взъерошил их. Молчание растягивалось.

— Прости, — только и сказала я и вышла из машины.

Мартон уехал лишь тогда, когда я поднялась на крыльцо и открыла дверь. Мне было плохо, очень плохо, так плохо, как не было еще никогда. Я села прямо на пол возле двери. Зажмурилась. Закрыла лицо ладонями и только тогда поняла.

Кольца на руке больше не было…

* * *

Крис и Мирек и впрямь поженились на Сильвестра к большому неудовольствию родителей с обеих сторон. Те-то тщательно распланировали торжество, начиная от рассадки гостей и заканчивая количеством ярусов на свадебном торте. А молодые вместо этого по-тихому расписались в ратуше и укатили в Париж. Прямо в новогоднюю ночь.

— Увидим фейерверки прямо из самолета, — хлопала в ладоши Кристина.

В моем воображении подобный план был омрачен количеством пьяных пассажиров в самолете, давкой в аэропорту и необъятным количеством туристов перед Эйфелевой башней, но молодожены были довольны.

— Ма, ну Рождество-то мы провели, как положено, с вами, в семейном кругу, — обнимала Крис заплаканную маму.

Отчим стоял в стороне, поджав губы и делая вид, что его это не касается. Крис улетала в Париж с мужем, Каро собиралась встречать Сильвестра в компании друзей («я же совершеннолетняя, теперь он мне не запретит!»), и он понимал, что больше не может контролировать дочерей. Мне даже стало немного жаль его.

Посреди зала сияла шарами и гирляндами новогодняя елка, которую то и дело задевали чемоданами. Из всех динамиков лились праздничные песни, оживленные люди провожали и встречали родных, друзей и возлюбленных, осыпая их поцелуями и поздравлениями.

— Может, ты поедешь к нам? — робко предложила мама.

— Нет, спасибо, у меня свои планы.

Моими планами было лежать дома на диване в обнимку с котом и плакать. У меня прекрасно это получалось, поскольку последний месяц я только этим и занималась. Хотя нет. Еще я помогла Себу с выпиской. Помогла ему встретить из роддома Марию с дочкой. Помогла им добраться до дома. Продала еще несколько драгоценностей, чтобы купить самое необходимое для малышки. Помогла подключить Элека к возбуждению уголовного дела о незаконном присвоении чужой собственности — в отношении дяди Себа. Купила себе машину. Так что да, я много чем занималась. Но это днем. А вечера принадлежали отчаянию и глухой тоске.

Мамино предложение было четвертым, которое я отвергла за эти дни. Первое поступило от Себа с Марией, которые, похоже, считали меня своей феей-крестной. Я, конечно, была рада за них, но картинка чужого счастья казалась невыносимой. Второе пришло от Фриды, которая последний месяц жила в Лимерике с новым избранником, ирландским актером. Третье было от Беаты, зазывавшей меня в Чехию на знакомство с ее женихом и «его очаровательным кузеном, если, конечно, у тебя не срослось с Мартоном».