Книга Плохиш и красотка, страница 48 – Фэя Моран

— Парень, имей совесть! — крикнул я в полумрак. — Ты сбиваешь мне весь романтический настрой своими полудохлыми стонами… Энцо, вставь ему кляп посвежее, perché mi ha già stufato9^[9]!

Я поправил манжеты своей рубашки и достал телефон. Дэвлин написал, что я самый отчаянный придурок на всей планете. Значит, доставка прошла успешно. Значит, моя колючая принцесса сейчас сидит, жует лучшее мясо на Манхэттене и наверняка при этом кроет меня отборным матом.

От этой мысли в груди стало так тепло, что я невольно расплылся в счастливой улыбке. Это же просто песня, а не женщина.

— Ладно, Лео, сегодня твой счастливый день, — бросил я связанному парню, направляясь к выходу. — Я сегодня чертовски добрый. Энцо, не ломай ему ноги. Просто пару раз врежь, а потом скинь видео его дядюшке.

— Но, сэр, ваш отец хотел, чтобы вы…

— Ой, ну не надо портить мне настроение! Ты не слышал? Я сегодня добрый. Хочешь, чтобы я стал злым?

— Нет, сэр, но…

— Ну вот и молчи тогда в тряпочку, Oh, mio Dio!10^[10]

После сказанного я выскочил на улицу и запрыгнул в тачку. Нарядная Бьянка, поджидавшая меня на заднем сиденье, печатала что-то в телефоне, стуча по экрану своими огромными коготками. Когда я появился рядом, sorella11^[11] перевела на меня взгляд и выгнула бровь.

— Ну как прошло? — спросила она.

— Закончат там без меня. Я просто немножко с ним поболтал.

— Дино, мать твою, тебе жить надоело?

— Да чего вы от меня все хотите?

— Papà недоволен твоим поведением. Ты летаешь где-то в облаках в последнее время.

— Не в облаках, а на крыльях любви.

Бьянка смерила меня злым взглядом.

— Эта Тиган свела тебя с ума... Papà в ярости! Хорошо, что он еще не знает про нее. Дино, будущий дон не должен бегать за кассиршей, как озабоченный школьник.

— Во-первых, она не кассирша, — назидательно поднял я палец. — Во-вторых, пусть papà пьет свои таблетки от давления и не лезет в мою личную жизнь. Слушай, раз уж ты здесь… скажи мне как женщина. — Я подался вперед, заглядывая в лицо сестры с искренним любопытством. — Если парень присылает девушке дорогущий стейк из мишленовского рыбного ресторана, а она его принимает, это ведь верный знак, что лед тронулся, да?

Бьянка медленно опустила телефон на колени. Ее глаза сузились.

— Подожди, — медленно произнесла она. — Ты отправил ей ужин из «Le Bernardin»? Тот самый, столик в который я пыталась забронировать два гребаных месяца?!

— Ну, технически я столик не бронировал. Я просто вежливо попросил их шеф-повара собрать еду навынос. Почти под дулом пистолета, конечно, но главное ведь результат.

— Дино, тебя ждет неминуемая смерть в муках, — прошипела sorella, и ее пальцы с идеальным маникюром сжались в кулаки. — Я собираюсь перерезать тебе горло! Я два месяца ждала этих устриц!

— Завидуй молча, sorellina! — радостно засмеялся я, совершенно не впечатлившись угрозами. В нашей семье обещание перерезать горло приравнивалось к пожеланию доброго утра. — Устрицы — это банально. А вот мраморная говядина для девочки, которая питается лапшой быстрого приготовления — это ход гения!

Я отвернулся от кипящей от ярости сестры и хлопнул по спинке водительского сиденья, где замер мой водитель.

— Погнали, Марко! Газ в пол!

Мы наконец сдвинулись с места и начали отъезжать от склада, в котором моя семья в основном любит допрашивать и пытать на камеру должников.