Книга Афера генерала Фераро, страница 64 – Майя Фар

Потом ему позвонили. Он вышел.

Кристин обратилась ко мне:

— Аврора, спасибо вам, я очень рада, что Альберт ожил. Последнее время он был совсем не свой. Мне всё время казалось, что он замыслил что-то очень дурное. А сейчас я вижу, что встреча с вами изменила его. Я надеюсь, вы будете с ним счастливы. Он, несмотря на всё, что про него говорят, очень благородный человек. Глубоко несчастный… Простите, я не хотела напоминать вам, что он любил мою сестру. Просто я, знаете, думаю, что сильнее всего по нему ударило не то, что он её любил, а то, что не смог её защитить.

Она понизила голос:

— Я за него волновалась. Он интересовался ужасными вещами, и я боялась, что он может что-нибудь натворить. Потому что, если кто и способен перевернуть устои этого мира, то это Альберт.

А я сидела и слушала.

Я не хотела спрашивать. Не собиралась.

Но зачем-то спросила:

— А чем он интересовался?

— Ой, пустое, — махнула рукой Кристин. — Наверное. я зря об этом сказала. Тем более сегодня он не произнёс ни слова.

— И всё же?

— Я поначалу обрадовалась, когда Альберт снова стал ходить в храм, ведь после гибели Евы, — Кристин запнулась, и я успокаивающе кивнула:

— Я знаю про Еву.

— … после гибели Евы он перестал посещать храмы, а тут вдруг начал ходить.

Я молчала. Не знаю, может потому что мне не хотелось знать зачем Фераро вдруг после долгих лет начал снова ходить в храм.

— Я спросила нашего настоятеля. Он рассказал мне, что Альберт интересуется плетением Узора.

— Ну в этом нет ничего страшного, — улыбнулась я.

Кристин покачала головой:

— Говорю же, что это моя паранойя. Просто…

Мне не хотелось спрашивать, но я зачем-то переспросила:

— Просто?

— Просто этот год не простой. Именно в этот год, как гласят легенды, можно всё изменить.

Я прищурилась:

— Вы про Час белой луны?

— Да, — она снова махнула рукой, — но он скоро пройдёт и мои нервы, наверное, сразу упокоятся. Тем более, что теперь у Альберта есть вы.

Я вздрогнула, поняв, что только что услышала.

Ведь и я думала то же самое.

— А как зовут настоятеля? — тело уже жило отдельно от меня, следователь Ставицкая знала своё дело.

— Его зовут отец Ранделл, — раздался голос Фераро. — Если хочешь, можем сейчас к нему заехать.

Я почувствовала, как Кристин напряглась. Мне не хотелось, чтобы в этот день, в этот вечер кто-то думал о плохом.

— Сейчас не хочу, Альберт, — сказала я и вдруг совершенно отчётливо поняла, чего на самом деле хочу.

Наши глаза встретились — и слов больше не понадобилось.

Кристин понимающе улыбнулась, и мы быстро попрощались с ней.

Хорошо, что Альберт был сам за рулём. Иначе, если бы нас вёз водитель управления, мне потом было бы очень стыдно.

Это было какое-то сумасшествие.

Целоваться мы начали ещё в лифте. Потом Фераро долго не мог найти ключи — они всё время выскальзывали у него из рук. В конце концов упали и закатились под какой-то ящик в холле. Я уже думала, что до квартиры мы так и не доберёмся, но всё разрешилось благополучно.

Следующим утром мы не проспали.

Потому что так и не уснули.

— Может и сегодня никуда не пойдём? — задал провокационный вопрос Фераро.

Я смотрела на него и не понимала, как кто-то вообще может считать его ужасным.

— Боюсь, Альберт, сегодня мне придётся выйти на службу.

— Поедешь сама?